Другая жизнь Ромы Гончарова 4: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Правда, — ответил я. — Пятьсот. И еще в августе на Подтверждении набрал пятьсот десять. Все предметы удалось сдать без потерь.

— И что вам за это дали? — с живым интересом спросила Катя.

— Золотую медаль, императорскую стипендию и награду от города.

Катя подняла брови:

— Ого! Аж золотую медаль выдали, надо же!

Мирон посмотрел в свой бокал и хмыкнул:

— Ну да, чего уж скромничать. Впрочем, как-то негусто. Не ценят у нас рекордсменов.

— Ничего, у Романа еще все впереди, — вежливо улыбнулась Катя.

И тут же повернулась к Лиде, заговорив о каком-то Ярославле, где у Лиды был зал на двести человек и половина пустая, а Алена спросила Нину про платье. Меня не выгнали и не обидели. Со мной просто закончили разговор, вежливо и без единого грубого слова.

Ну что ж, здорово поговорили. Содержательно. Вот только непонятно, что мне дальше делать. Идти знакомиться к другим? Стоять тут истуканом?

Слава богу, Нина заметила проскользнувшую неловкость первой и, не ответив про платье, мягко, но твердо сказала:

— Кать, он не хвастается. Он просто так на все вопросы отвечает, как есть. Я сама к этому долго привыкала.

Та на мгновение замолчала, кажется, обдумывая Нинины слова, а потом кивнула.

— Да это ничего. Это поправимо. Просто необычно.

Катя выдала дежурную улыбку, которая — это даже я понял — не означала в сущности ни одобрения, ни порицания, и вернулась к разговору про Ярославль.

А я почувствовал, как тонкие пальчики чуть сильнее сжали мой локоть, а ухо коротко обдало теплом дыхания, когда Нина шепнула:

— Ром, тут не спрашивают, чтобы узнать. Тут спрашивают, чтобы посмотреть, как ты ответишь. Не переживай, ничего катастрофичного не случилось, я рядом.

Вот этого я и не хотел. Не переживать я умел. А вот мысль о том, что Нина теперь весь вечер будет стоять между мной и этими людьми и переводить меня на местный, вместо того чтобы отдыхать в своей компании, прямо-таки кипятком обдала. Она сама сказала, что это ее первый свободный вечер за неделю. А тут я, как дурной ребенок, которого ни на минуту нельзя оставить.

Я оглянулся. Корф стоял у стены холла, откуда нас было хорошо видно, и улыбался. Уходить я не собирался, но и стоять весь вечер рядом с Ниной молча тоже.

Ладно. Раз сам не умею, есть техподдержка.

«Система, — сказал я про себя, — интересуют навыки поведения в компании. Не двор, не протокол, а вот такой вечер, чтобы понимать, что говорить, когда и как. Есть что?»

Серое окно развернулось передо мной без предисловий:

По запросу доступна позиция: светский этикет, установка.

Состав: моторный и поведенческий навык общения в частном кругу. Выбор момента и тона, вступление в разговор и выход из него, представление третьих лиц, дистанция, жест.

Дополнительно: умение вести короткие, непринужденные беседы на отвлеченные и нейтральные темы с малознакомыми или незнакомыми людьми.

Оплата: утрата осязания, 72 часа.

Границы списания: не воспринимаются прикосновение, давление на кожу и контактное тепло. Зрение, слух, чувство положения тела и управление движениями списанию не подлежат.

Списание начнется немедленно после подтверждения.

[Принять] [Отклонить]

Трое суток без осязания… До вечера вторника. Первым делом я подумал про Нину: если мы сегодня будем танцевать, я не почувствую ее руки. Вот этого бы очень не хотелось. Про учебу вспомнил уже потом: к Быстровой в приемную ректора во вторник иду только узнать, когда меня примет руководитель СКБ. Второй этап отбора на следующей неделе, и, если он выпадет на понедельник или вторник, у стенда придется работать глазами, потому что пальцы ничего не скажут. Записывать смогу, вижу же, куда рука идет. Но есть неиллюзорный шанс здорово обжечься, вот это надо держать в голове. Зато смогу принимать ледяной душ, здорово же! Закалю организм, если не убью до этого, конечно.