– Цыц, макодяка! Я дулак!
Мальчишки валялись и хохотали. Их было трое. Три друга.
Широкоплечий и крепкий – Рюрик Мощный. Рюрику Мощному уже исполнилось 14, а выглядел он на все шестнадцать. У него были тёмные брови и длинные, немного вьющиеся волосы, которые он подхватывал кожаным ремешком. Нос у Рюрика когда-то был сломан и сросся неправильно, что придавало ему мужественный вид. В ухе сияла золотая серьга. Кроме того, что редко бывает в четырнадцать, у Рюрика начинали уже пробиваться усы и борода. Борода же, как известно, главная гордость и краса настоящего воина. Ты можешь покорить все народы Бешеного Полуострова и даже всю Империю, но если у тебя не растёт борода, то в среде варваров ты ноль и зовут тебя никак.
А ведь Рюрик был не только красавец, но и будущий вождь великого Племени Каменных Медведей. Стоило ему появиться в посёлке, из рук встречных девушек начинали дождём сыпаться и вдребезги разбиваться глиняные кувшины. Возможно, по этой причине Рюрика очень ценил местный гончар и часто предлагал ему прогуливаться рядом со своей лавкой.
Худенький пшеничноволосый мальчик с веснушками на носу – тот самый, что полз первым, – это Кузьма IV Грозный. Он же (кратко) Кузя Грозный – будущий вождь не менее великого Племени Диких Лосей. Оба племени живут на южной оконечности Бешеного Полуострова бок о бок и ведут бесконечные войны.
Кузя Грозный пока никак не оправдывал своего устрашающего имени. Он был не столько грозный, сколько мечтательный. Рисовал на скалах, наблюдал за драконами и вечно думал о какой-нибудь ерунде. И вообще делал всё, что делают мальчишки в тринадцать лет, потому что именно столько Кузе и было.
И наконец, маленький рыжий мальчик, которого едва не заманил в свою трещину эховик, – это Роман Рычащий, единственный сын и наследник вождя Племени Страшных Варягов. Когда он родился, крохотный и недоношенный, три повивальные бабки понесли его к отцу, прячась друг за друга и дрожа от ужаса, потому что уже предчувствовали, кто окажется во всём виноватым. Отец – Ярополк Яростный – пировал со своей дружиной, осушая один рог за другим. Рог был турий, богатырский, посеребрённый, захваченный когда-то как трофей у полководца Великой Дряхлеющей Империи. Снаружи на роге была надпись: In vino veritas. Безграмотный Ярополк Яростный в свободное время любил рассматривать эти буковки и даже призывал волхвов погадать, что они означают.
Волхвы, тоже безграмотные, давали обычно крайне противоречивые ответы, и Ярополк кое-кого из них сбросил в расщелину.
Увидев на дне трофейного шлема своего хилого наследника, больше походящего на свёклу, Ярополк Яростный пришёл в такую ярость, что мгновенно приказал запустить всех повивальных бабок из катапульты в Нетихий океан. Затем он схватил секиру и, чтобы избежать позора, попытался погибнуть в бою, но случайно завоевал два соседних племени. Тогда Ярополк Яростный сменил гнев на милость и лично выдумал для своего хрупкого отпрыска гордое имя: Роман Рычащий.
Итак:
Рюрик Мощный
Кузя IV Грозный
Роман Рычащий
Три друга. Три героя. Три будущих вождя.
– Как ты обналужил это место? – спросил Роман Рычащий, с восхищением рассматривая пещеру.
– Случайно, – лениво отозвался Кузя Грозный. – В первый год я всё время пытался сбежать, но меня ловили. Решил попробовать через ров. Спускался по корням. Внезапно из трещины высунулся змееголов. Хотел меня сожрать, но укололся, и кровососка сожрала его самого. А я понял, что тут пещера, раз змееголов сумел поместиться.
– А ты не боялся, что внутли окажется ещё один змееголов? – восхитился Роман.
– Змееголовы ведут одиночный образ жизни. Эховик явно приполз позже. Будь жив змееголов, он бы с ним разобрался, – признал Кузя Грозный и внезапно перевернулся со спины на живот, опершись на локти. – Кстати, Роман, как ты относишься к тайнам? Мы за этим и привели тебя сюда.
Роман Рычащий без особого энтузиазма пЛоЛычал, что к тайнам относится ноЛмально, если они не очень стЛашные. Очень стЛашных тайн он боится, равно и всего без исключения стЛашного.
Рюрик Мощный захохотал и поощрительно ткнул его кулаком в плечо. Роман Рычащий тихо охнул. У Рюрика Мощного была привычка поощрительно тыкать всех кулаком, когда он бывал чем-то доволен. Этой привычки опасались, поскольку кулак у Рюрика был размером с маленькую тыкву. И он к тому же ещё вечно набивал его о скалу.
– Тогда ещё вопрос! Если тайна не слишком страшная, ты сумеешь её сохранить? – спросил Кузя.
Роман Рычащий честно замотал головой. От его больших ушей – а уши у него были большие и торчащие – в пещере поднялся ощутимый ветерок. Рюрик и Кузя призадумались. Это был уже смысловой тупик. Как доверить тайну тому, кто честно признаётся, что не сумеет её сохранить?
– Ну хорошо! А если это не тайна, а сведения, нужные для твоего образования, и ты потом сто раз пожалеешь, что их не выучил? – задумчиво протянул Кузя.
Роман Рычащий признался, что в этом случае он забудет всё просто моментально.
– Отлично! Тогда иди сюда!
Кузя Грозный стал разгребать мох, покрывавший пол пещеры. Скала под ними напоминала сыр с огромным количеством дыр – больших и маленьких. Дыры эти за многие тысячелетия проделала капающая сверху вода.
Внизу что-то ярко полыхнуло одинокой звездой.
– Смотри! – велел Кузя Грозный.
В узкой трещине, куда не пролезла бы рука, что-то сияло. Сиявший предмет был продолговатым и очень сильно напоминал…
Роман Рычащий издал совсем не рычащий, а скорее восторженно скулящий звук.