Еву забирать будем из дома, где живут её мать и брат Дамира Борис. Никакого глупого выкупа не будет. Мама Евы приготовила перекус для всех нас, а потом мы поедем в ЗАГС. Ну а потом в ресторан.
Кир сидит сзади, пьёт шампанское прямо из горла.
— Ты чё так налегаешь, брат? — Тэн смотрит на него через зеркало заднего вида.
— Скоро на базу возвращаться, — отзывается Кирилл. — Во вражеский лагерь «Золотых». Дай расслабиться, а?
Кир не рассказывает нам ничего о том, какого это — быть в команде ФКИГ под предводительством Гольдмана. И, судя по всему, дела там идут не очень.
— Да пусть пьёт, — говорю Тэну.
Я бы, может, тоже пил, учитывая весь трэш с коленом. Но пока не сломался настолько.
Лёха с недовольством косится на меня.
— А мне просто не плевать на то, что с вами, ребята, происходит. Один вон бухает, другой… — многозначительно смотрит на мою ногу.
Но не туда надо смотреть, нет.
Рана у меня в центре груди. Дыра там огромная.
Разве не видно?
Вспоминаются слова Иваныча — тренера из Арены. «Все проблемы из башки», — говорил он.
В моей башке тоже дыра. Из-за Кати. Вернись она ко мне…
— Приехали, — говорит Тэн.
Бросаю взгляд в окно. Да, мы на месте. Дом семьи Золотарёвых празднично украшен, как на Новый год. Только без ёлки.
Нарядный мерин паркуется перед нами, из машины выходит Дамир.
— Оставь «шампунь» здесь! — рычит на Кира Тэн.
— Да понял я, — бормочет тот.
Выходим. Сэвен опять зазывает нас на селфи прямо на пороге дома.
— А давайте видосик! — с энтузиазмом говорит он и тут же начинает снимать и вещать в камеру: — Вот и настал тот день, когда наш братишка станет полностью окольцованным. Ты как, Мир? Ещё поджилки не трясутся? Может, дёру отсюда, а?
Тим вмазывает ему по плечу и рычит:
— Ты о моей сестре сейчас, придурок…
— Ну-да, ну-да… — довольно лыбится Кир.
И, несмотря ни на что, я всё же вновь пытаюсь выжать из себя улыбку.
Позже, посмотрев это видео, скорее всего, себя не узнаю. И мне точно не дадут Оскара за «самую настоящую улыбку в мире».
Моя улыбка — просто отстой.
Дверь распахивается, к нам выходит Борис.
— Вы как девчонки, ей богу. Только девочкам положено опаздывать.
— Пробки зверские, — врёт ему Кир.