Мошенник: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сделали еще несколько ставок. Счетовод записал их там же, где рисовали звездную карту для «Воли Небес» — на голой земле. Хотя бы пару медяков поставил каждый… кроме Реньяро.

— А ты что, Лис? — спросил Хомер. — Не хочешь испытать удачу?

— Ну почему же? — подбросил серебряную арфу Реньяро. — Пожалуй, тоже поставлю. Держу пари, в Мизерикордис освободятся… все.

— Кто все? — не понял Вохе.

— Мы все. Все, кто сидит в Клюд-Клюде. У меня созрел план, искусники. Интересуетесь?

Мизерикордис в этом году выдался холодный и дождливый. Зарядило с самого утра, и к обеду, когда пришли бумаги по амнистиям, отнюдь не распогодилось. Начальник Клюд-Клюда, кутаясь в теплый плащ, стоял нахохленный, сердитый, ищущий, на ком сорвать злость.

Он терпеть не мог Мизерикордис. Каждый раз, каждый сука всем богам души мать его раз так вытаскивать наверх каких-то мразей, которым след сгнить в Клюд-Клюде, и делать вид, что ты им очень рад, что лично каждого из них облобызал бы, будь такая возможность. Какая же это, сука тварь говна ведро, дерьмовая должность — начальник тюрьмы. Благодарности никакой, и каждый считает тебя каким-то упырем, людоедом, хотя что он такого этим гнидам сделал?

— Поднимайте! — гаркнул он, хмуро глядя из-под козырька шляпы. — Шутра Бельмерь!

Ладно, сегодня Мизерикордис еще ничего, терпимый. Полная амнистия выпала только одному, да еще троим скинули чуток, по паре лун. Когда наверх вытащили этого самого Шутру, придурка-деревенщину, перемазанного грязью так, словно он месяц в ней лицом спал, начальник мазнул по нему взглядом и заученно отбарабанил:

— Шутра Бельмерь, милостью дожа ты амнистирован и получаешь свободу. Благодари богов и его светлость дожа э’Сандерра.

— А, ыть, спасибки, — покладисто кивнул дуралей. — Только это, тогось, начальник, а это, тогось, а што тем будет, внизу, которые меня там забижали?

— Забижали? — устало переспросил начальник.

Дурак, Космоданова срака, какой же дурак. Отпускают тебя — ну так вали. Ворота распахнуты, можно идти на все десять сторон света. Нет, надо правду искать, на обиды жаловаться.

— Агась, — кивнул Шутра. — Забижали. Шамовки не давали. А шамовки-то манга, полно, начальник.

— Манга… тьфу, полно?.. — удивился начальник.

— Тогось. Они ж, агась, мертвяков копают, прячут, значит, и на их долю шамовку берут, да сами и едят, а мне, человеку, не дают ни крохи. Забижают. Я, ить, всем про то расскажу!

Начальнику очень захотелось разбить Шутре лицо. Швырнуть обратно в яму. Придурок тупорылый. Долбокрыс.

Всем прекрасно известно, что заключенные прячут трупы. Не дебилы же в страже служат… не все, по крайней мере. Слишком уж часто это так совпадает, что когда приходит время кого-то освобождать — его привязывают к канату уже мертвым. Мол, буквально этой ночью помер, ай-яй-яй, вот незадача.

А труп-то уж до костей давно разложился!

Но что ты с этими уродами поделаешь? Не спускать же вниз каждый день проверку, не пересчитывать же заключенных по головам. Это же лишняя работа. Да и кир бы с ними, пусть жрут и мертвецкие пайки, не обеднеет Клюд-Клюд. Их и так отбросами кормят.

Но раз поступил донос — придется реагировать. Иначе дурак Шутра и правда всем расскажет, дойдет до его светлости, а с него, начальника, спрос.

— Эй, кишки вонючие! — проревел начальник, наклоняясь над ямой. — Слышите меня⁈

— … Слышим, начальник!.. — донесся глухой голос.

— А ну, выдавай мертвецов! Всех до единого, ублюдки! Сюда их! Когда закончите, спущу стражу, все обшарю, и если хоть одного утаите — три дня без крошки сидеть будете! Сгною каждого, уроды!

Внизу какое-то время стояла тишина. Потом донеслись споры, сдавленная ругань, кого-то ударили кулаком в живот. Но в конце концов к канату привязали широкую сеть и начали поднимать мертвецов — почти свежих и совершенно гнилых, утаиваемых на протяжении нескольких лет.

Воняли они чудовищно.

Поднимали их долго. В сеть влезало пять-шесть трупов, и если сначала начальник лично осматривал каждого, записывал имена и приметы, то на третьей сети махнул рукой и велел просто сваливать в кучу, а потом разбираться. Слишком уж смрадное и мерзкое оказалось занятие.

Работали целый час. Под ледяным дождем, замерзшие до костей, голодные и злые. Стража матерно костерила лупающего глазами Шутру, которому начальник запретил куда-либо уходить, пока, тля, урод блеваный, все не будет сделано. Раз уж заварил кашу, так и терпи, глиномес деревенский.

Число трупов уже перевалило за сорок. Стражники выбились из сил, крутя ворот, начальник с ненавистью таращился в никуда… и не заметил, как из ножен на левом бедре вынули дагу.