Мошенник: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Не оклеветал ли его кто-нибудь, не наплел ли о нем каких-нибудь небылиц? Тот же Армадо. Не подумал ли дож о нем скверное… однако не истинную правду, а нечто, за что в Клюд-Клюд не отправляют. Что он повеса, что он поедатель дамских сердец, что он охотник за приданым…

Но тогда бы ему просто отказали от дома. Мажордом сказал бы, что господа не принимают конкретно его. Дартуро э’Тароль не из тех людей, что стали бы юлить и избегать неприятного разговора. Скорее всего, он сам бы вышел к Мальдиссу, отвесил оплеуху и приказал убираться. Или, опять же, выслал бы охрану, чтобы его как следует отколотили.

Этого тоже не происходит. Но что еще это может быть? Кто-то умер? Ему бы об этом сказали. Дом обокрали? Тоже нет причин скрывать. Что же тогда?

Мальдисс обошел палаццо. В саду никого не было, всё словно вымерло. Юноша посмотрел на балкон, под которым трижды пел серенады. Может быть, еще разок? Лютню он в этот раз не прихватил, но сбегать недолго. Или сегодня это покажется неуместным?

Мальдисс пару минут стоял тихо, размышляя, как лучше поступить. А потом на балконе раздался шорох, на него вышла Аталия… она тихо ахнула, увидев Мальдисса и скрылась в своей комнате. Юноша растерялся, юноша еще с минуту стоял в недоумении, но тут Аталия вернулась — и сбросила веревочную лестницу.

Мальдисс взлетел по ней, как цирковая обезьяна. Склонился перед Аталией в поклоне… и увидел на ее щеках полоски.

Она плакала! Прошло уже какое-то время, девушка казалась почти спокойной, но засохшие на щеках слезы выдавали ее с головой.

— Что случилось, любимая? — с тревогой спросил Мальдисс, когда Аталия приникла к нему и застыла, вздрагивая.

— Я не знаю, как ты к этому отнесешься, — с тоской сказала Аталия. — Это… это ужасно. Это ужасно. Мой отец… моя мать… они не мои отец и мать!.. то есть только отец… я!.. я не знаю, как сказать!..

И Аталия разрыдалась. Разрыдалась без слез, надрывно, пряча лицо на груди Мальдисса. Тот гладил любимую по волосам, утешал как мог и пытался допытаться, что значат эти слова, что за ужас приключился в палаццо э’Таролей.

Оказалось, что из прошлого всплыла страшная тайна. Аталия не знает, как это получилось, но отец узнал о том, что мать в юности была ему неверна. И мать в этом призналась, она покаялась, и теперь ее выгоняют из дома, лишают честного имени, титула догарессы и средств к существованию.

— Это… я не знаю, что сказать… — пробормотал Мальдисс.

— И не только ее, — подняла лицо Аталия. — Меня тоже.

— Что⁈

— Мама была неверна отцу как раз девятнадцать лет назад. Я незаконнорожденная, Мальдисс! Мой отец — не мой отец! И он в страшном гневе… он прогоняет нас обеих… прогоняет прочь…

Она смолкла с приоткрытыми губами, и Мальдисс тоже смолк. Его самого охватил нешуточный гнев — на дожа, на Дартуро э’Тароля… нет, он в своем праве, ему нанесли страшное оскорбление, и никто в мире его не осудит… но Аталия, Аталия, которую он восемнадцать лет называл дочерью и любил, как родную дочь!..

— Что же нам делать, любимый? — в отчаянии спросила его Аталия.

— Выходи за меня замуж! — выпалил Мальдисс, вставая на колено.

— Но… но у меня же теперь ничего нет — ни титула, ни денег!

— Неважно! Мне все равно!

Аталия всхлипнула и разрыдалась — теперь уж со слезами, крепко обнимая Мальдисса. Возлюбленные долго стояли так, прижимаясь друг к другу… но потом Аталия вырвалась из объятий и с тревогой сказала:

— Сюда идут! Уйди, прошу, тебя не должны тут застать!

Мальдисс понимающе кивнул. Не может незамужняя девица оставаться с мужчиной наедине в спальне, в ночное время. Аталия будет страшно скомпрометирована.

— Я вернусь утром, — шепнул Мальдисс напоследок. — Выломаю дверь, если будет нужно.

— … Выламывать не потребуется, — задумчиво сказал Реньяро, выслушав эту историю. — В общем, теперь мнение дожа можно даже не спрашивать. Только вот… ты по-прежнему хочешь на ней жениться?

— Что?.. — моргнул Мальдисс. — Конечно. Странный вопрос.

— Уверен? Теперь она уже не дочка дожа, а обычная девчонка, да еще и незаконнорожденная. Ты не получишь за ней ни монеты.

— Мне это неважно, Лис. Я люблю ее больше жизни — что богатую, что нищую. Мне не титул ее нужен, и не приданое.

— В таком случае пора приступать к финальному акту. Теперь, когда дочка дожа перестала быть дочкой дожа, все упрощается многократно, мы еще и по деньгам сэкономим. Только придется немного изменить текст актерам. Честно говоря, нужда в этом вообще отпала, но… не будем портить пьесу скомканным финалом. Сейчас я напишу записочки, а ты кликни мальчишку.