— Ты постарайся, — улыбнулся Тихон, и в его тоне появились нотки мечтательности. — Всё-таки дворец, ужин, романтика… Мммм, аж молодость вспоминается.
Я вернул кольцо на место и закрыл шкатулку.
— Добро.
На этом наш разговор закончился. Тихон вышел, а я ещё раз взглянул на письмо. Да уж. Поход в Зону — это одно, а вот поход к семье архимага — дело совсем другое. Особенно если невеста любит вылазки больше, чем вальсы.
Но до увеселений, которые на самом деле являлись важной частью развития рода и лично меня, я должен был закончить начатое дело. Поэтому следующее утро у меня началось не с тренировок и не с работы над наручем, а с широких каменных ступенек, ведущих вниз, в подвал. Оттуда доносился запах сырости, пота и магии. В общем, пахло работой.
Я спустился вниз. Меня ждал Рома. Предварительно я уже узнал кое-какие результаты — мне докладывали по ходу дела.
— Всё, — сообщил мне Рома, как только я вошёл. — Готово.
Здесь, в небольшой комнате, переделанной под кабинет, были ещё Аскольд и Ермак. Он, кстати, выглядел несколько раздражённым. Хмурился и стучал пальцами по столу.
— Раскололи? — спросил я.
Ермак на мой вопрос лишь скривился и поднялся на ноги.
— Пойдём, Макс, — обратился он ко мне. — Нужно тебе кое-что показать.
Мы проследовали туда, где были пленники. В одной из комнат, которая стала временным пристанищем пленников, на холодной плитке лежал седой контрабандист. Его тело было холодным, а лицо искажено судорогой. При том, что ничего, кроме ментальной магии, я от него не чувствовал.
— Закладка, — хмуро сказал Ермак. — Магическая. Где-то в голове. Обойти её не удалось.
— Точно не капсула под кожей или где-нибудь в зубах? — на всякий случай спросил я.
— Нет, — вмешался Рома. — Мы их всех тщательно проверили. А Ермак смог бы найти ментальное воздействие. Так что явно поработали каким-то уникальным заклинанием.
Ситуация была неприятной. Из всех захваченных «языков» контрабандист был наиболее перспективным.
— Ладно, — произнёс я и поставил вокруг нас Полог. — Что смогли узнать?
На что Ермак кивнул головой на контрабандиста.
— Молчал как труп. Либо и правда ничего не знал, либо был натренирован. Но кое-что мы откопали.
Ермак внимательно посмотрел на Рому.
Рома начал говорить:
— Мы проверили бумаги. Часть из них — подделки, но те, что настоящие, ведут в никуда. Купцы, указанные там, не существуют — либо давно умерли, либо переехали. В общем, мёртвые души.
Итог печальный, но предсказуемый.
— Единственная зацепка — несколько караванов, покинувших Чернореченск, — продолжил говорить Рома, — через южные заставы. Но по факту они не проходили ни одной проверки. Это значит, что они ушли через Зону.
Я нахмурился. Озвученное мне не слишком нравилось. Прямых доказательств не было, да и связи с солнечниками тоже. Хоть артефакт напрямую и указывал на их участие… Хотя, может быть, это что-то из закромов Троицких, когда-то ушедшее на сторону? Спросить теперь было не у кого.
— Воспоминания контрабандистов, по крайней мере те, что я смог посмотреть, подтверждают это, — добавил Ермак. — Но маршрута, связных или координат у нас просто нет.
— Понятно, — коротко проговорил я. — А что остальные?
— Болтают без умолку, — отозвался Ермак. — Но всё путанно. Они обычные пешки — получают товары, доставляют до точки, и всё. Говорят, их контакт исчез пару недель назад. Значит, обрубили хвосты.
Я взглянул на тело контрабандиста.
— Нет смысла долго держать их у нас, — произнёс я. — Оформляйте документы, готовьте бумаги — про всю контрабанду, улики, отчёты и показания. Потом передадим всё это в распоряжение рода Железных.