Когда я уж подумал, что вновь придется посетить перекресток Малой Медяной и Речной, мы замедлились. Аскольд привел нас к дому, стоящему обособленно от остальных.
Если, конечно, эту избу с несколькими пристройками можно было назвать домом. Это, скорее, была…
Не успел я додумать, как над Сеней, застывшим передо мной, пролетела юркая пара светлых птиц. Ему на плечо смачно плюхнулось белое пятно.
— Господи, за что ж мне это! — взмолился тот.
— Ха, это к удаче, — усмехнулся повеселевший Аскольд.
— Голубятня… — задумчиво проговорил я, рассматривая наш временный дом.
Нет, с виду здание неплохо сохранилось, но было странным. По центру — изба, а к ней по бокам пристроены несколько этажей, да еще и неровных. Словно каждая надстройка добавлялась позже предыдущей и не имела никакого стилистического единства.
Тут и там торчали лесенки, окна и прутья, закрывающие возможность птицам улететь. Но пара голубей все же кружила безнаказанно в воздухе.
— Ваня! — пробасил Аскольд. — У нас гости!
Из добротно сложенной избы выскочил Костя. Хотя, увидев этого невысокого, но плотно сбитого бугая, называть его Ваней совсем не хотелось. Это был Иван. Несмотря на коренастое телосложение и визуальное сходство с пивной бочкой, двигался Иван резво. Черная как смоль борода и выбритые виски придавали ему боевитый вид, но я чувствовал в нем ману. Перед нами был полновесный Адепт, да не самый простой — если оценивать его силу на глазок, он был немногим слабее Весны. И на голову превосходя того же Волхва. А уж учитывая, что за годы скитаний с Аскольдом он наверняка набрался боевого опыта по самые уши, то Ваня, скорее всего, самый опасный Адепт, которого я встречал в новой жизни. Не слабее лысого родича Сереги с Ирой, а это весьма недурно, учитывая разницу в происхождении. Дворянин наверняка с детства имел доступ к лучшим ресурсам и наставникам, в отличии от бывшего моряка.
— Иду, — голос у него был на удивление мягким, даже бархатистым. Как у заправского певца.
Когда Иван приблизился, то я заметил, что он прихрамывает на правую ногу.
— Мы дома! — Аскольд и Иван крепко пожали руки, а затем одноглазый представил меня.
Иван осмотрел отряд, прищуриваясь и переводя взгляд карих глаз с одного воина на другого.
— Олег? — спросил он без особой надежды в голосе.
Аскольд лишь покачал головой. Но Иван понял все и без слов.
— Мир его праху, — прошептал Иван, тяжело вздохнув.
— Это Максим Клинков, — хлопнул меня по плечу Аскольд, — наш командир.
— Эвоно как, — хмыкнул Иван, а затем достал откуда-то простенькие очки в деревянной оправе и приложил их к глазам.
Такого поворота событий я ожидал в последнюю очередь. Как-то не клеился у меня образ богатыря с очками. Но Иван быстро осмотрел меня, а затем моих спутников.
— Что ж, — убрал он очки и протянул мне ладонь, — милости прошу. Только постарайтесь быть осторожнее в восточной пристройке. У нас там голуби живут.
— Двое сбежали, — улыбнулся я, пожав его руку.
— Сейчас исправим, — серьезно кивнул он.
Пока мои соратники располагались в избе и пристройках, деля спальные места, я наблюдал за Иваном, который гонял птиц заклинаниями воздуха. Вообще, было ощущение, что голуби и не собирались никуда улетать, а просто кружили в небе назло Ивану. Умные птички. Вскоре ко мне присоединился Аскольд, закончивший свои дела.
— Почему голубятня? — поинтересовался я.
— Да ничего другого мы потянуть не смогли, — честно признался тот. — А изба была брошена прошлым владельцем. Сгинул он, в Зоне-то. Ну мы тут и устроились. Иногда голуби почту носят, а нам за это рубль падает. Ваня за ними присматривает. Ну и, в крайнем случае, всегда есть запас мяса. На черный день.
— Справедливо, — кивнул я. — Только чур я сплю не в восточной пристройке.
— А вот это, — посмурнел Аскольд, — тебе следует увидеть лично. Раз уж заговорил о пристройке-то.
В восточной пристройке меня ждали не только птицы. Здесь, на первом этаже, был расположен небольшой лазарет, где в койках отдыхали три воина. Они были двухзвездочными. Вот только все выглядели, откровенно, не очень.
Бледные, с позеленевшими участками кожи, кашлем и грязной мокротой. Слабость, потливость, отсутствие аппетита.