– Вы знаете, откуда эти раны на его груди? Ведь не знаете, так? Вас ведь там не было.
Муан никак не проявлял своего присутствия с того момента, как явился Алу в лесу, и все же парень был уверен, что старейшина пика Славы находится рядом.
– Девять бессмертных мечей проткнули его насквозь, – процедил Ал. – Ка Рон, глава клана Меча, разрезающего туман. Лян Шуй, глава клана Нищих. Мо Хуа, глава клана Спелой вишни. Пан Бай из клана Ливневых гор. Ху Лю из ордена Белой зарницы. Четверо из объединения кланов Полевые цветы: Ван Ся, Нань Цяо, Гао Чжоу, Оу Хао. И Сэл Юар, глава ордена Великого неба, – именно он отдал остальным приказ. Каждый из них поплатится за содеянное. Я никого не забуду.
Слова упали. В комнате воцарилась звенящая тишина.
– Это было очень больно, – добавил Ал. – Это должно было быть невероятно больно. Однако, очевидно, не так больно, как потеря вас. – Он хотел, чтобы слова звучали язвительно, но голос подвел – в нем отчетливо читалась горечь.
Не отрывая взгляда от лица Шена, Ал продолжил говорить:
– Признаться честно, когда-то я думал, что вам бы лучше исчезнуть. Я верил, что Шен бы со временем забыл о вашем существовании… Но то, что произошло, заставило меня пересмотреть взгляды на многие вещи. Я так хотел помочь ему. Я делал все, что было в моих силах. Но он даже не заметил, что я все это время был рядом.
Молчание и тишина были ему ответом.
– Он сильно изменился с тех пор. Ловя его взгляд сейчас, я вижу бездну. И боюсь, что в погоне за вами он потеряет себя.
Ал опустил руку Шена на кровать, еще сильнее согнулся к своим коленям и с силой сжал пальцами виски. Следующие слова прозвучали глухо:
– Я надеюсь, что вы вернетесь и Шен снова будет собой. Потому что, если нет… Будьте уверены, я умру и стану призраком, но достану вас. Даже если вы уйдете в круг перерождения, я смогу добраться до вас. Я верну вас и заставлю быть настолько жалким, насколько только возможно, чтобы Шен отверг саму мысль о преданности такому презренному человеку.
Ал не знал, что Шен чувствует боль не только из-за своих ран. Об этом знал Муан. И сейчас, слушая слова этого мальца, он был рад, что не может ему ответить.
В императорские покои постучали.
– Ваше величество, пришел командующий Ю Си.
Губы императора тронула легкая улыбка. Он посмотрел в угол комнаты, где рядом с соколиной присадой стояла высокая плетеная корзина.
– Пусть войдет.
Двери разошлись в стороны, пропуская командующего Ю. Коротко поклонившись императору, Ю Си окинул комнату внимательным взглядом и решительно направился к корзине.
Сокол, сидящий на своей жердочке, внимательно следил за его передвижением правым глазом. Император тоже наблюдал за Ю Си, не произнося ни слова. Командующий присел перед корзиной и аккуратно заглянул внутрь. Белая шерсть с черными полосами занимала все пространство и слегка приподнималась в такт вдохам.
– Он подрос, – констатировал Ю Си.
– Просто растолстел, – шутя, произнес император. – Я хорошо кормил его.
Тигренок явно не собирался просыпаться ни свет ни заря, и Ю Си не стал тревожить его. Он выпрямился и перевел взгляд на императора.
– Он еще маленький для самостоятельной охоты, – пояснил тот, – но Солнце уже научил его охотиться на мышей.
– В весенней резиденции есть мыши?
– Есть, если специально их завести.
Ю Си опустился на одно колено.
– Благодарю ваше величество за милость. Я заберу Феникса, как только он проснется.
В ответ император лишь улыбнулся. Несколько мгновений он с теплотой смотрел на Ю Си, а затем нахмурился и отвернулся.
– Пришло время доклада, не так ли?
Император уже читал донесения обо всем, что произошло в Кушоне. Однако, несмотря на особые предосторожности при доставке секретной почты, были вещи, которые Ю Си не мог доверить бумаге. Он также должен был рассказать подробности о том, что собой представляет Ер.
Утренний туман поднимался над озером в форме полумесяца и стелился по террасе. Мелкие капли влаги искрились в солнечных лучах. Кусты и деревья, укрывающие озеро и заднюю часть главного дворца, сверкали капельками воды после дождя.