— И не собиралась, — фыркаю в ответ. — Я равнодушна к алкоголю.
— Хоть кто-то в нашей семье не пьющий, — Гор разваливается на соседнем стуле. Покручивает в пальцах хрустальную рюмку. — Ну чё тебе сказать, Мансур? Рустам сорвался и приехал. Меня в комнате в наказание закрыли, чтобы я херню больше не творил. Так что ничего толкового не знаю.
— А сейчас они где? — Мансур удовлетворённо откидывается на спинку стула. Руки складывает на груди. — Давай, Гор, напряги мозги.
— Ну, — брат недовольно цокает. — Буйный, Магуш и Азар что-то обсуждали. Бегали туда-сюда, как три истерички. Всё падало и летало. А сегодня ранним утром сгрузили оружие в машины, взяли с собой несколько десятков парней и уехали. Кажется, в старые развалины на краю города.
Мансур вскидывает на него серьёзный взгляд. На лице пробегает тень недовольства. Он тяжело выдыхает сквозь зубы и тянет ладонь к телефону. Мне его резкая смена настроения совсем не нравится. Как-то настораживает.
— Ас-саляму алейкум, друг, — Халидов одним глотком выпивает целую рюмку водки. — Ты сейчас в Дубае?
Мы с Гором озадаченно переглядываемся. Я пока ничего не понимаю, но сердце начинает противно ёкать. Что-то намечается, да?.. Что-то серьёзное случилось или вот-вот случится?
— Вот как, — Мансур проводит ладонью по напряжённому лбу. — Заказ, значит. Случаем не в развалинах, где обычно орудуют местные боевики?
Щёлкает зажигалкой. Смотрит на меня и тут же тушит едва зажжённую сигарету в пепельнице.
— Я понял, — Халидов поднимается настолько резко, что я невольно вздрагиваю. — Мой косяк. Не думал, что всё настолько серьёзно. Сворачивайся, Багур. И в курсе меня держи.
От его тона внутри всё холодеет. Понимаю, что случилось что-то непоправимое.
68. Магуш
— Сколько их? — Рустам вскидывает винтовку и рассматривает прицел. — У меня какая-то хуйня с оружием. Азар, тебе не кажется, что твои поставщики жёстко наёбывают?
— Не кажется, — Азар лёгким движением руки перекидывает ему другую винтовку. — С моих запасов. Не на коленях собранная при свете фонарика, нормальная. Блять, я знаю, что у меня тоже какая-то херня происходит. Сейчас разберёмся с основной проблемой и я займусь бизнесом более радикально.
— Трое слева возле выхода, — я мельком поглядываю на полуразрушенный зал. — Двое справа. И снайпер на крыше.
Азар бросает на меня внимательный взгляд. Подозрительно довольно цокает и поправляет на груди бронежилет.
Я взял в себя руки. Показал жёсткую сторону характера. Да, она у меня есть. Просто спрятана глубоко внутри. Сам по себе я спокойный, и, если можно так сказать, миролюбивый.
Но после произошедшего с Лизой я потерял всякое терпение. Провёл тотальную "зачистку". Прогнал своих парней по всем фронтам. И к моему сожалению, выяснил немало интересной информации.
С десяток крыс у меня собралось. В основном, от Шерхана. Но нашлись и другие претенденты. Из них более щекотливыми оказались Рахат и Рашад. С парнями последнего пришлось повозиться чуть дольше. Но оно того стоило.
Времени я не терял. После побега Шерхана направился прямиком в его впопыхах брошенный дом. И по горячим следам вышел на группу программистов. Они практически сразу во всём признались.
Фальсификация фотографий и подделка документов, как обычных писем, так и электронных. И банковских счетов, само собой. Каждая бумажка, каждый вшивый клочок — всё оказалось ненастоящим.
Я испытал невероятное облегчение. И вместе с тем, стыд перед Лизой. Не поверил ей, усомнился в её честности и преданности. Отпустил с этим проклятым Шерханом. А он вынудил моего лисёнка сотрудничать с ним.
Шерхан провёл всех. Абсолютно. В первую очередь, меня и Азара. Хотя, именно он подкинул мне идею проверить всё более досконально. Попросил не пороть горячку.
Я и не собирался. В тот момент накатила апатия. Жёсткая такая, с отходяком. Цеплялся за любой кусок информации. Где-то внутри, не смотря на боль от "предательства", всё ещё теплилась глупая надежда.
Разумеется, мои сомнения исчезли, а надежды оправдались. Но мой лисёнок находится непонятно где. Я ничего не знаю о её местонахождении и самочувствии. Вдруг она совсем одна?..
Ненавижу себя. Я отпустил её. Позволил уйти. Оставил, бросил. Усомнился, сука.
И в ком?
В Лизе, блять.
Нужно было наплевать на свою растоптанную гордость. Перестрелять Шерхана вместе с его шайкой.
Но я смотрел в глаза лисёнка и видел только то, что она показывала мне. Стоит отдать ей должное, спектакль получился отменным.