Взгляд его упал на меч, отставленный в сторону. Оин взял его, вытащил из ножен и покрутил перед собой. Впечатляюще. Рукоять без гарды с нефритовыми вставками хорошо ложилась в руку. Клинок был выкован из прочной булатной стали. Дорогой, должно быть. Откуда такой у простой девчонки? Украла? Припомнив, как мастерски она владела им, Оин засомневался в своём поспешном суждении.
Проклятое Пекло. Всё в этой девчонке ломало ему голову.
Он с силой потёр лоб.
В гостиную вернулась Несс, принеся с собой стопку чистых вещей.
— Меня волнует, что она так долго не приходит в себя, — сказала она, приглядываясь к раненой.
— Очнётся, — отозвался Оин.
— Может, всё-таки отправим весть Дэйзи? Пусть посмотрит её.
— Нет.
— Что, если рана куда серьёзнее, чем мы думаем?
— Несс… — он устало провёл по лицу ладонью. — Девчонка спит, потому что я усыпил её «Пленителем».
Да начнётся камнепад…
— Милостивые всебоги, — Несс сбросила вещи на столик и развернулась к нему, уперев руки в боки. — Ты что теперь у нас далирский растлитель?!
Оин откинул голову на спинку кресла.
— Послушай, — сказал он, — девчонка брыкалась, как раненая антилопа. А на подходе были мироделы. Что мне оставалось делать?
Агнесс всплеснула руками, собираясь прочитать ему очередную мораль, но со стороны кушетки вовремя послышался тихий стон.
Оин быстро убрал меч обратно в ножны и сосредоточился на том, как напротив проясняется взгляд девчонки — от загадочного мерцания в том не осталось и следа, ничего особенного, только живая растерянность.
— Тебе лучше лежать, — предупредил Оин.
Казалось, всё произошедшее в каменоломне — их стычка — не более, чем странный сон. Но иллюзия быстро распалась.
Девчонка толком не пришла в себя, но её рука уже потянулась к поясу.
— Верни, — потребовала она хрипло, не обнаружив меча на привычном месте.
— Чтобы ты зарубила меня?
— Я и голыми руками с тобой справлюсь.
Оин молча поднялся, собираясь убрать оружие подальше. Девчонка рванула на него в тот же миг — напрыгнула со спины, едва не сбив с ног.
— Что происходит? — взвизгнула Агнесс, отскакивая от них, чтобы не попасть под раздачу.
Меч выскользнул из руки Оина. Своей хозяйке он тоже не достался — упал на пол — когда ту скрутили крепким захватом.
— Пусти, подлец! — девчонка дёргалась, как пойманная птица.
— Угомонись, — прошипел Оин ей прямо в ухо и тут же получил её затылком в переносицу. — Ах ты…
Он стиснул зубы, пережидая боль.
— Пусти немедленно!..
Несмотря на удар, захвата Оин не ослабил. Пусть и всего с одной рукой, он превосходил безоружную, раненую девчонку по силе.