За окном брезжил рассвет и первые лучи солнца пробивались через шторы.
Юника ползком добралась до душевой и, опираясь на стенку, встала и включила воду. Под почти ледяной водой она приходила себя. Усталость никуда не делась, а еще очень сильно хотелось спать. Но девушка сделала воду еще холодней, чтобы взбодрить и тело, и дух. Затем оделась, позавтракала и стала ждать приезда Гостриба.
Парень сразу заметил усталость на ее лицеи тут же не преминул спросить:
— Что, не выспалась? — удивился он.
— Да. Что-то ночь какая-то бессонная была. Я, видимо, в предвкушении выходных толком уснуть не смогла, — Юника незаметно натянула маску защиты.
С тех пор, как она побывала на Нааффи, у нее в привычку вошло обязательное укрывательство лжи, чтобы ее не вычислили по невербальным сигналам.
— Да уж, видно, — усмехнулся блондин и тряхнул своей челкой, — придется тебе сегодня что-то полегче дать.
Они приехали в институт, и первым делом он отвел ее к автомату с кофе.
— Тебе покрепче нужно, а то развезет — и до обеда не доживешь, — Гостриб тыкал кнопки аппарата, выбирая для Юники самый крепкий.
Залив в девушку две чашки, и убедившись, что у нее открылись глаза, парень повел ее в абсолютно пустую комнату. Там, посередине, было лишь удобное ортопедическое кресло, а напротив него во всю стену огромный белый экран.
— Юника. Сегодня нам нужны твои самые светлые воспоминания. Садись сюда и просто вспоминай. А на экране ты увидишь их отображение.
— Все? — Юника насторожилась, так как некоторые воспоминания были слишком интимными, чтобы делиться ими.
— Ну, конечно, только те, что ты сочтешь возможным показать нам, — успокоил ее Гостриб.
— Хорошо. Я буду стараться.
Парень вышел за дверь, а Юника устроившись в кресле, стала тщательно отбирать воспоминания и выдавать их на экран. Как ни странно, но тех моментов, что она готова была продемонстрировать, оказалось очень немного. В основном невнятные куски из детства, немного из мира Джейка и еще меньше с той злосчастной планеты.
— Да-а, не густо, — протянул Вограс, глядя на то, что показывает Юника. Он проходил мимо лаборантской Стрибога и заскочил посмотреть, как идут дела.
— Что-то не готова девчонка делиться с нами воспоминаниями. Смотри как тщательно выбирает.
— Вы бы еще заставили ее все постельные сцены вам показать, — раздался сзади голос Лады.
Мужчины обернулись.
— Чего это ты так за нее распереживалась? — съязвил Стрибог.
— Да неприятно просто! Вы ж и так все знаете о ней, память-то расколупали сразу по приезде, чего вам не хватает? Хотите стимулировать? Ну так надо внешне действовать, а не через память.
— О! Специалистка выискалась. Ты то откуда знаешь? — Стрибог перешел на грубость.
— А чего тут не знать? — Лада сделала вид, что не заметила грубый тон жениха, — она хоть из низших каст, но ведь тоже девчонка. А в этом деле, уверяю, никакая эволюция не изменит главной женской сущности. Я, кстати, на эту тему диссертацию планирую писать. Материалы уже собраны. И вот эта, — она ткнула пальцем в экран, где была отображена Юника, — тоже лишь подтверждает мою гипотезу. Ничего вы не получите.
— Ладно, ладно, поняли мы, иди куда шла, — резко ответил ей Стриборг и уставился на экран.
Ему очень не понравилось, что Лада выставила его перед начальством дураком.
Лада развернулась, и цокая каблучками, вышла из лаборантской.
— Ну, думаю, Ладка права, — сказал Сварог, — сворачивай. Эти воспоминания практически ничего не дадут нам. Качай реальность. Вот сегодня я отпущу вас обоих пораньше, своди ее куда-нибудь.
— Куда? — удивился Стрибог.
— Ну в кафе, там, ресторан, или выставку какую.
— Ресторан? Да как я ее поведу в ресторан-то? У нее из одежды только вот эта боевая форма.