— Через двадцать три дня заканчивается официальный траур по моему отцу. После этого Совет короны должен подтвердить мое восшествие. Обряд семи хранителей проводится до заседания совета. Их отказ означает, что любой претендент из старшей крови получит основание оспорить мое право.
Вот теперь масштаб стал понятнее.
— То есть семь животных только что создали вам государственную проблему.
— Семь животных никогда прежде не отказывались от наследника дома Корд.
— Никогда?
— Никогда.
— За двести тридцать шесть лет?
Он чуть прищурился.
— Вы хорошо запомнили цифру.
— Хорошая память на то, что может оказаться важным.
— Но вы не помните церемонию, к которой готовились несколько месяцев?
Опасный вопрос.
— Сегодня я чувствую себя не лучшим образом.
— Это я вижу.
Я промолчала.
Эрвейн обошел стол и сел напротив.
Теперь мы оказались почти на одном уровне.
Его лицо было красивым, но это интересовало меня значительно меньше, чем то, как он задавал вопросы.
Без лишней угрозы.
Без повторов.
Он не пытался запугать меня титулом.
Просто собирал сведения.
— Вы три года работаете при зверином дворе, — сказал он. — До этого два года обучались у Маэны Тирс. Вашей обязанностью было наблюдать за поведением животных и сообщать обо всех отклонениях.
Очень удобно.
Женщина, чье тело мне досталось, занималась почти тем же, чем я сама.
Хотя слово «удобно» здесь звучало издевательски.
— И какие отклонения я сообщала?
Он замолчал.
— Вы спрашиваете меня?
— Хочу понять, считали ли вы раньше кого-то из семи проблемным.