Она с подозрением осмотрела каждого, и под её суровым взглядом все невольно поёжились и покачали головой. Фея тяжело вздохнула.
– Ну ладно, это мы ещё выясним. А пока надо придумать, как мы попадём в деревню к йети. Они были вторыми в нашем списке.
– Хорошо, – кивнул Тима, – завтра все должны принести в школу свои идеи. Чем больше, тем лучше.
Лео попытался возмутиться. Ему совсем не понравилось, что «глупая девчонка» и «слабый человечишка» взялись командовать. Но его уже никто не слушал. Глаза Шэри радостно загорелись, а ноздри затрепетали, когда он почуял свежеиспечённые вафли.
– А никто… никто не хочет поесть? – неуверенно спросил он.
Дети повернулись в сторону палатки с вафлями. Продавщица, пухленькая эльфийка с острыми ушами, насторожилась.
– О да! – потёр ладошками Патрик. – Горячие вафли! Я возьму с карамелью!
И дети гурьбой заскользили к прилавку, обгоняя друг друга и вопя наперебой:
– А мне с шоколадом!
– А варенье есть?
– Орешками посыпьте!
– Шоколада нет.
– Быть такого не может! Тётенька, поищите хорошенько!
И только Лео слегка отстал от галдящей толпы. И пока Тима пересчитывал свои монеты и пытался решить, что лучше: карамель или клубничный джем, он заметил, как Фи обернулась и крикнула:
– Всё съедят, пока ты доплетёшься!
– Больно надо, – буркнул тот, медленно подъезжая ближе.
Фи закатила глаза и покачала головой.
– Дайте ещё один с ореховым муссом, пожалуйста.
– У тебя же аллергия, – удивился Патрик.
– Да это не мне, – отмахнулась девочка. Тиме показалось, она слегка покраснела. Или это был просто морозный румянец?
Когда Лео добрался до прилавка, неуклюже перебирая ногами, пальцы мальчика уже обжигали свежие вафли в вощёной бумаге. А Шэри уже слизывал крошки с ладоней, и лицо его было перепачкано чем-то бордовым.
Лео выглядел недовольным и бледным. Больше, чем обычно.
– Ты не умеешь кататься на коньках? – спросил Тима.
– Всё я умею! – тут же огрызнулся тот и выхватил из рук Фи свою порцию.
– Ничего тут страшного нет, – развернулся к нему Патрик. Его добрая душа тут же нашла себе цель. – Я вот тоже не умел, но Тима так круто ездит. Он меня быстро научил. Так что теперь мы научим тебя.
Лицо Лео скривилось в такой ужасающей гримасе, что Тиме даже стало смешно.
– Вот ещё! Стану я…
– Станешь, – уверенно заявила Фи. – А то вдруг придётся удирать от преступника на коньках. Не хотелось бы тебя тащить за собой за шиворот.
С таким поспорить было сложно. Лицо Лео побледнело, посинело и позеленело – в общем, сменило все оттенки смущения и уязвлённой гордости, но он, наконец, кивнул.
– Надеюсь, учителя из вас получше, чем наши школьные, – буркнул он, и на долгие пять минут тишину нарушало только довольное чавканье.