– Этот разговор лучше отложить.
– Для кого?
Седой мужчина снова бросил на него взгляд.
Я поймала.
Они оба чего-то не хотели мне говорить.
Именно сейчас.
– Для вас, – сказал Ранн.
– Если плохая новость уже случилась, задержка не сделает её лучше.
Это я знала по работе.
Если холодильная камера сломалась ночью, можно было не сообщать руководителю до утра. Продукты от этого свежее не становились.
Ранн, конечно, не мог знать про холодильные камеры.
Но логику понял.
– Вы находитесь под следствием.
Я ожидала чего-то подобного.
И всё равно внутри неприятно провалилось.
– За что?
– Сейчас вам необходимо восстановиться.
– За что?
Он посмотрел на врача.
Тот едва заметно покачал головой.
Это начало раздражать.
– Господин Ранн, я лежу под охраной в судебном здании, не знаю собственного лица, а вы обсуждаете при мне, какую часть моей жизни мне можно сообщить. Я не прошу пересказать историю королевства. Я спрашиваю, в чём меня обвиняют.
Несколько секунд он молчал.
– В причастности к диверсии против оборонительной системы Северного рубежа.
Я моргнула.
Слова были понятны по отдельности.
Вместе становились хуже.
– Кто-нибудь пострадал?
Северт Ранн ответил не сразу.
Вот тогда я поняла, что да.