Грязные истины: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Конечно, это был не Грейсон. Даже чертовски близко. Поцелуй Анджело только наполнил меня страхом и отвращением за злоупотребление его властью надо мной.

С криком я ударила его руками в грудь, пытаясь оттолкнуть. Только это было все равно что сдвинуть гребаное здание. Я бы никогда не смогла сдвинуть Анджело с места, если бы он не хотел двигаться.

На самом деле, сила тела под моими ладонями застала меня врасплох. Он всегда был подтянут, даже когда мы были подростками, но сейчас он был сплошными мускулами. Мышцы, которые отказывались меня отпускать. Твердая хватка его рук впилась в мои бицепсы, твердо удерживая меня на месте.

Ужас пробежал по моему позвоночнику, впервые за долгое время по-настоящему сильная эмоция. Но в этом страхе таилось и слабое чувство чего-то знакомого, отчего по груди пробежала дрожь.

Анджело снова зарычал и замедлил агрессивность своего поцелуя, сбавляя темп, когда его губы приоткрылись и он просунул язык вперед, требуя входа. Мне хотелось укусить его, но по какой-то причине я не могла заставить себя сделать это. Более того, было труднее не открыть рот и не дать ему доступ, которого он так хотел.

У меня закружилась голова, когда вкус виски со сливами настиг меня, и я поняла, что он выпил перед встречей со своим отцом. Вероятно, хорошая идея, учитывая, что произошло после приезда Джованни.

Однако под алкоголем чувствовался тот оттенок специй, который всегда ассоциировался у меня с Анджело. Моим Анджело. Тем, кто любил меня и держал вместе, когда моя жизнь разваливалась на части. Он относился ко мне как к драгоценности, и совсем не так, как Джейс. В какой-то момент времени, как раз перед тем судьбоносным днем, когда я все разрушила, я была на вершине мира. Эти двое парней любили меня. Любили, трахали, обожали и лелеяли. Они рассказали мне о моем сердце, душе и особенно о желаниях и потребностях моего тела.

Пока все это не взорвалось в буквальном смысле огненным шаром. Пламя, которое унесло то, что осталось от моей семьи… и моего ребенка.

Психотерапевт наверняка сказал бы, что я скатываюсь по спирали рядом с Анджело — из-за того, что вскрылись старые раны и потери, с которыми я так и не разобралась. Особенно учитывая, что сейчас я прочно застряла в роли матери ребенка наследника мафии. Хотя, с другой стороны, психотерапевт мог бы просто назвать меня слабой, жалкой и посоветовать взять себя в руки.

И то, и другое, без сомнений, было правдой.

— Ангел, — прорычала я, наконец резко отворачивая лицо от его. Он почти согнулся пополам, чтобы оказаться на моем уровне, и ничуть не удивился, когда я размахнулась и влепила ему пощечину. Если уж на то пошло, когда он отпрянул и моргнул, глядя на меня сверху вниз со своего обычного роста, он выглядел… довольным. С этой чертовой ухмылкой и всем прочим.

Он снова приблизился ко мне на шаг, и мой желудок скрутило, пока я боролась с желанием убежать или… может быть, поцеловать его снова. Жалко. Полный бардак. Это была чистая правда.

Его глаза были прикрыты, когда он наклонился ближе, ухмылка оставалась на месте. — Если ты снова от меня исчезнешь, Белла, — протянул он мягко, и я вздрогнула от внезапного холода в воздухе. — Я без колебаний трахну тебя так, что ты снова почувствуешь себя живой, поняла? Мне нужно, чтобы ты с головой окунулась в игру, и мне это нужно сейчас. Здесь нет права на ошибку, или мы оба покойники. Ты, блядь, понимаешь?

Я кивнула, но в мыслях у меня было только" трахну тебя так, что ты снова почувствуешь себя живой". Почему мое тело напряглось при этой фразе, и не от страха… Как я могла что-то чувствовать к этому человеку, который теперь был мне чужим и частью той самой семьи, которая упорно трудилась, чтобы уничтожить меня.

Борясь с желанием закричать, я подавилась своим следующим вздохом, прежде чем вылететь из комнаты и направиться в свои личные покои. Анджело выделил мне мою собственную комнату, ванную и огромную гардеробную. Это было больше, чем я когда-либо имела прежде, и я жаждала безопасности, какой бы ложной она ни была, которую я чувствовала в своей тюрьме.

Ввалившись в свою комнату, я захлопнула за собой дверь и прислонилась к ней спиной. На секунду мне показалось, что за окном мелькнул свет, но когда я подошла, чтобы задернуть шторы, то ничего не увидела по другую сторону маленького балкона.

Не зная, что делать, моя энергия бурлила внутри, я ходила взад-вперед по комнате, мои ноги утопали в плюшевом сером ковре, пока я боролась с желанием закричать. Моя кожа пульсировала, зудела, раздражая меня до тех пор, пока мне не пришлось сопротивляться желанию расцарапать собственную плоть, соскребая ее с мышц и костей.

О чем, черт возьми, думал Анджело, целуя меня, пробуждая старые воспоминания, его руки вжимались в мою плоть так сильно, что я все еще чувствовала их прикосновение к своей коже? Как он, блядь, смеет! Как он смеет думать, что имеет правотрахнуть меня так что я почувствую себя живой. Он мне не нужен. Мне не нужен был ни один из них.

В конце концов, мне оставалось полагаться только на саму себя — и это никогда не изменится, сколько бы красивых, богатых и талантливых мужчин ни появлялось и ни исчезало из моей жизни. Моей гипертрофированной независимости я научилась тяжелым путем, и, если уж на то пошло, последние месяцы только укрепили во мне это убеждение.

Я ничего не слышала ни от одного члена «Беллероуз». Ни один из них не пытался связаться со мной после того, как Анджело заставил меня отправить сообщение. По крайней мере, насколько я знала, нет.

Я не могла винить их, поскольку они, без сомнения, верили, что я сбежала и бросила их, но они также знали, что мне угрожали похищением. Меня действительно похитили — и все равно от них не было ни слова, ни попытки узнать, в порядке ли я. Неужели мое короткое видеообращение оказалось настолько убедительным? Где те мужчины, которые борются за свою женщину? Я была ужасной актрисой и была уверена, что они сразу раскусят мою — пожалуйста, не ищите меня, мне здесь хорошо, — полнейшую чушь.

Горький смешок вырвался у меня, когда я, наконец, замедлилась, на моих предплечьях ярко выступили красные отметины там, где я царапала ногтями кожу в надежде облегчить свое смятение. Я была с Реттом несколько недель. Это не входило в мои жизненные планы. Мы с Греем едва были вместе, а Джейс... Ну, у Джейса было больше причин ненавидеть меня, чем у кого-либо другого.

Устраивать вечеринку жалости к себе из-за того, что ни одна из этих рок-звезд не бросилась мне на помощь, было жалко, а поскольку у меня едва ли остались остатки достоинства, мне нужно было немедленно разобраться с тем, что осталось от моей самооценки.

Я могла бы от многого отказаться во имя того, чтобы остаться в живых, но какой был бы смысл, если бы я потеряла каждую частичку себя по пути? С таким же успехом можно было бы прямо сейчас признаться в притворстве и понести за это наказание. Если бы не тот факт, что я бы тоже потащила на дно Анджело…

Но, по крайней мере, теперь я поняла, почему он поцеловал меня.

Я закручивалась по спирали. Я теряла себя в темном тумане в голове, и на это не было времени. Нет времени и нет шансов пережить этот фарс с Анджело.

Мне нужно было взять себя в руки, и первым шагом к этому было принять душ и выбрать платье.

Это был благотворительный гала-вечер, и я собиралась там быть.

шесть

БИЛЛИ