Запомнил все тачки, какие стояли у магазина, но специально назвал не все, а только каждую третью.
Упражнение помогло, моя память ещё на месте, работает на всю катушку. Просто подумалось тут вдруг. Я же полюбил читать фантастику, и, конечно же, не прошёл мимо «Цветы для Элджернона». Невольно вспомнилось, как главный герой сначала стал умным и выучил многое, а потом начал постепенно всё забывать, и это читалось очень тревожно.
Не знаю, насколько это поможет, но собственную память надо тренировать, чтобы держаться за то, что помнил.
И спать надо для этого хорошо, так что я лёг. Но просто ждать хода Корнеева, доктора Ланге и всех остальных я не собирался. В голове, в которой умещались две памяти, начал рождаться план.
Ведь однажды Туман проник в местный филиал Корнеева и вызнал там многое. И теперь я знал, каким образом.
Ведь данные о проекте устарели, и мне надо найти новые, чтобы понять, обратим ли перенос. А лучше — как уместить в голове обе памяти и не потерять себя.
— Все слышали новость? — спросил Игорь Семёнович Кашин, наш новый декан, который до сих пор вёл механическую часть подвижного состава. — В вашей группе, оказывается, есть таланты.
— Какие ещё? — спросил Славик с передней парты.
— Вот, вычитал сегодня, что Алексей и Вадим, — Кашин показал на наш стол, — получили стипендию от фирмы Корнеева. И даже зовут в Москву, надо же. Вы не думайте, что я смеюсь, — он улыбнулся. — Наоборот, я рад. Талантам надо помогать, как говорится, бездарности пробьются сами.
— Наши слоняры, — раздался чей-то довольный голос позади меня.
— Угу, — промычал Лёша.
— Опять эти нейросети, — раздался голос Славика. — А они на вас потом научатся, и всё, не нужны вы будете. Будут вместо вас нейросети работать.
— Ну что за пессимизм, Вячеслав? — спросил препод.
— Просто ему общаться будет не с кем, — съязвил Лёша, глядя на Славика. — Кроме нас всё равно с ним никто не говорит, он всех достал, душнила. Вот и не хочет отпускать.
Славик отмахнулся, а Кашин сказал:
— Хотя железнодорожники из вас вышли бы отличные. Но раз вам другое интересно, то кто я такой, чтобы спорить. Даже, наоборот, поддерживаю. Лучше найти дело по призванию, чем продолжать делать то, к чему душа не лежит.
— А Вадик даже тачку получил, — сказал кто-то, не особо скрывая зависть.
— Китайскую, — недовольно прошипела Даша, моя бывшая.
Но даже китайская тачка для студента была поводом для всеобщего обсуждения, тем более такая, и вся группа постоянно выглядывала в окно, некоторые даже просили прокатить. А две из трёх девушек нашей группы шептались между собой, иногда хитро и с издёвкой поглядывая на багровую от досады Дашу. Типа, у тебя шанс был, а теперь ни парня с машиной, ни Москвы.
— Да норм тачила, — отозвался кто-то с «камчатки». — Вадя, бро, а ты случаем не внебрачный сын Корнеева?
В аудитории раздался смех, я тоже поулыбался. Легенда работает сама по себе.
Пара продолжалась, и Кашин, вопреки обыкновению, нас двоих с Лёшей спрашивать не стал, типа, а зачем теперь? Хотя на экзамене он оторвётся.
После пары все пошли на физру, но я отпросился у препода с занятия. Пока же сидел рядом с библиотекой, чтобы сдать книги после перерыва и поехать по своим делам.
И тут ко мне подсел один недавний знакомый.
— А не боитесь, что вас тут увидят? — спросил я.
— Ты же меня раньше не сдал, а сейчас тебе это зачем?
Старый разведчик Верещагин засмеялся, широко открыв рот, но взгляд у него оставался серьёзный.
— Ну, я так вижу, главный приз ты забрал.
— А я помню, что вы дали мне хорошую наводку про санитара и транспорт, — сказал я. — Вторая сработала.
— Подтолкнул в нужную сторону, — старик кашлянул. — Искал ты сам. Слушай, когда закончится, я могу тебе дать рекомендацию, чтобы взяли к нам. Конечно, придётся послужить в армии, но ты там не потеряешься.