— Рад был увидеть тебя, Роза. Надеюсь, ты сможешь присоединиться к нам на ужин.
Она улыбается: — И я тебя, Кристоф. И ужин звучит чудесно.
Мои двое старых друзей садятся в машины и уезжают. Медленно Роза поворачивается, скрещивая руки на груди и холодно глядя на меня.
— Что?
— Что значит что? — бормочет она. — Какого чёрта?
— Ты выглядишь слишком соблазнительно.
Она краснеет, но затем сверлит меня взглядом.
— Я не расхаживаю голой или в грёбаных кружевах, мистер Ревность. Лето. Жарко. Я ношу то же самое, что и любая другая женщина на пробежке.
— Да, но те другие женщины не мои, — тихо рычу я.
Она снова краснеет.
— Они старые друзья.
Я пожимаю плечами: — И?
— И они женаты. Счастливо, к тому же.
— И?
Она закатывает глаза, краснея и ухмыляясь мне. Я знаю, что это не так уж её волнует, как она любит притворяться. На самом деле, я думаю, ей это нравится немного больше, чем она готова признать, когда я становлюсь таким собственником.
— Ты ведёшь себя нелепо.
— И, как я уже сказал...
Она вздыхает, когда я спускаюсь по ступеням к ней.
— Оливер...
— Ты выглядишь слишком соблазнительно.
Она всхлипывает, когда я хватаю её за руку, отводя её от груди. Моя челюсть сжимается, когда мой взгляд скользит по её соскам, затвердевшим под спортивным бюстгальтером, по тому, как её кожа блестит от пота, мышцы всё ещё подёргиваются после пробежки.
Я почти не сбавляю шаг.
— Эй! Куда... Оливер!
Она хихикает и визжит, когда я тащу её за собой через белую гравийную дорожку, мимо нового работающего фонтана и в разросшиеся, пышные, полностью восстановленные розовые сады.
— Куда ты меня тащишь...
Роза всхлипывает, когда я разворачиваю её и прижимаю к увитой плющом стене, затем стонет, когда мой рот вдавливается в её. Мой язык проникает между её губ, пробуя, всасывая и танцуя с её, пока она тает в моих руках.
Моё тело оживает, член пульсирует так, блять, сильно, что почти больно, когда я скольжу ртом к её шее. Она вздрагивает, когда я облизываю и покусываю её кожу, пробуя солёный привкус пота, когда она прижимается ко мне. Моя рука скользит под её спортивный бюстгальтер, и она вздыхает, когда я отрываюсь лишь на мгновение, чтобы снять его и отбросить в сторону.
— Оливер, подожди, я только что бежала...
— Мне плевать.
— Мне нужно принять душ... о Боже...