Мое сердце оборвалось. Изумрудные покои я хорошо помнила. Это были мои бывшие покои, в которых была вторая потайная дверь прямо в спальню Валериана, и это была золотая клетка. Все выходы там охранялись гвардейцами Валериана круглосуточно. Переехать туда — значило лишиться свободы.
— Ваше Высочество… — я отступила на шаг, картинно прижав руки к груди. Мой голос дрогнул от испуга, который на этот раз был абсолютно искренним, — Это… это слишком большая честь. Но Отбор еще не завершен, и Двор будет шептаться. Кандидатки решат, что выбор уже сделан, и это вызовет скандал. Я не могу принять такой подарок, это погубит мою репутацию!
Валериан шагнул ко мне вплотную. Его рука в черной перчатке легла мне на талию, грубо, властно притягивая к себе. Я стиснула зубы, чтобы не отшатнуться.
— Пусть шепчутся, — его бархатный голос прозвучал как угроза. Он наклонился так близко, что его губы почти коснулись моего уха, — Мое слово — закон. А ваша репутация, Аделаида, отныне принадлежит мне. У ваших дверей будет стоять моя личная охрана. В спальне вас ждут драгоценности из королевской сокровищницы. Вы должны привыкать к статусу, который вас ждет.
Он провел носом по моим волосам, шумно втянув воздух, и я едва подавила приступ тошноты.
— Сборы не займут много времени. Марта вам поможет, — он отстранился, его глаза победно блестели, — Завтра я хочу вас видеть в моем крыле.
Он развернулся и вышел, оставив после себя запах удушливого страха.
Я стояла неподвижно, чувствуя, как петля затягивается на моей шее. В Изумрудных покоях я буду отрезана от тайных ходов и от короля. Если Валериан запрет меня там, я не смогу выйти на связь с Дейраном. План рушился на глазах. Я продолжала играть покорность, но внутри меня все кричало от отчаяния.
Последняя ночь в моей комнате была невыносимой.
У дверей в коридоре чеканила шаги Марта — к счастью, удалось отослать ее из комнаты, сославшись на невыносимую мигрень.
Я лежала в постели, глядя потолок, и не могла уснуть. Мысли метались, ища выход из капкана.
Шаги Марты стихли и тихий щелчок дверного замка заставил меня напрячься.
Дверь приоткрылась. В комнату, не издав ни звука, скользнула тень.
Я мгновенно смежила ресницы, и выровняла дыхание, имитируя глубокий сон.
Болотистый запах ударил в нос, и к моей кровати подошла Гера.
В свете одинокой луны, пробивающемся сквозь щель в тяжелых шторах, мачеха выглядела ужасающе. Ее лицо заострилось, кожа приобрела сероватый, мертвенный оттенок. Без подпитки ее магия иссякала, высасывая из нее жизненные соки. Она опиралась на свою серебряную трость, и ее руки мелко дрожали.
Она остановилась у изголовья кровати и долго смотрела на меня.
— Спишь, дрянь, — прошипела Гера. Ее голос был полон такой концентрированной, чистой ненависти, что воздух в комнате стал густым.
Она отложила трость и наклонилась надо мной.
— Я не стану ждать финала этого проклятого Отбора, — бормотала она себе под нос, словно в бреду. Ее глаза лихорадочно горели, — Валериан думает, что управляет мной, но у меня свои планы. Мне нужна вся твоя магия, Аделаида, до последней капли. Иначе я сдохну в этих стенах.
Гера воздела трясущиеся руки над моей грудью. Ее пальцы скрючились, напоминая когти хищной птицы. С ее губ сорвался низкий, гортанный шепот — слова древнего, черного заклинания поглощения.
Воздух вокруг ее рук начал темнеть, сгущаясь в клубящийся, ледяной туман, который медленно пополз к моему лицу.
Я приготовилась ударить. Моя магия, откликнулась на угрозу, вскипая в венах жидким огнем. Я уже хотела открыть глаза и обрушить на нее всю свою ярость, разорвав маскировку.
Но я не успела.
В ту самую секунду, когда черные щупальца магии Геры коснулись моей ауры, произошло нечто невообразимое.
Пространство над кроватью с оглушительным, беззвучным хлопком разорвалось, и невидимая, колоссальная яростная, обжигающая сила ударила из ниоткуда.
Это был удар чистой, концентрированной мощи, сработавшей как автоматический щит. Эта магия не принадлежала мне.
Геру отшвырнуло назад так, словно в нее врезался несущийся на полном скаку боевой конь. Она пролетела через всю комнату, с влажным, жутким хрустом впечаталась в стену и рухнула на ковер, как сломанная кукла.
Ее глаза закатились, изо рта вырвался короткий стон, и она потеряла сознание.
Я резко села на кровати, тяжело дыша, с широко распахнутыми глазами.