Зал одобрительно зашумел — «Какая забота», «какое великодушие».
Гера шагнула ко мне и раскрыла объятия. Я была вынуждена податься вперед, позволяя ей прижать мое тело к своему жесткому корсету. Ее холодные руки сомкнулись на моих лопатках.
И в этот момент, у самого моего уха, сквозь плотную вуаль, прошипел ее настоящий, ядовитый голос:
— У меня для тебя есть небольшой подарок, дрянь. Ты навсегда упадешь в объятия принца. Он твоя судьба.
Она отстранилась, на ее лице сквозь кружево вуали играла торжествующая, змеиная улыбка.
Музыка сменилась. Зазвучали медленные, тягучие аккорды второго танца.
Валериан отпустил свою партнершу и широким, уверенным шагом направился ко мне. Толпа придворных инстинктивно расступалась перед ним. Он остановился прямо передо мной, протягивая руку в черной перчатке.
— Леди Аделаида. Окажете мне честь?
Я вложила свои пальцы в его ладонь. Браслет на моем запястье тут же отозвался вспышкой острой, дергающей боли, но я даже не поморщилась. Мое лицо оставалось спокойным и непроницаемым.
Мы вышли в центр зала, и Валериан положил ладонь на мою талию. Жестко и по собственнически его пальцы до боли впились в мои ребра. Он намеренно вел меня слишком близко к себе, так, чтоб я чувствовала жар его тела и запах вина. Нарушая все правила приличия, он прижимал меня, демонстрируя залу свое право на эту добычу.
— Ты надела мой подарок, — тихо, почти ласково прошептал Валериан, глядя на мое скрытое браслетом запястье, — Хорошая девочка.
— Я умею быть послушной, когда у меня нет выбора, Ваше Высочество, — ответила я, заставляя свой голос звучать ровно и безжизненно.
Он довольно усмехнулся.
— Скоро у тебя не останется выбора ни в чем. Мой отец… король Матеуш не переживет эту неделю, и его Трон перейдет ко мне. И, возможно, именно ты станешь моей королевой.
Валериан прижал меня к себе еще сильнее, его пальцы на талии оставили бы синяки на моей коже. Его глаза потемнели от ревнивой злобы.
— А еще, я хочу, чтоб ты знала, что твой Дейран уже не вернется с границы, Аделаида. Мои люди позаботятся о том, чтобы его кости сгнили в северных снегах. Тебе не у кого искать защиты, кроме меня.
Я ровно встретила его взгляд.
— Защита, которую приходится покупать покорностью, слишком похожа на плен, Ваше Высочество.
Валериан тихо, опасно рассмеялся, его дыхание опалило мою щеку.
— Вы быстро забыли, кому принадлежите, леди Марцел.
— Пока Отбор не окончен, я не принадлежу никому, — отрезала я.
Эта фраза хлестнула по его самолюбию. Я видела, как раздулись его ноздри, как потемнел взгляд. Мое сопротивление не пугало его — оно заводило его, распаляло азарт охотника, желающего сломать строптивую тварь.
В этот самый момент, когда мы проносились в танце мимо Геры, я почувствовала магический удар.
Ледяной, склизкий импульс чужой магии, направленный точно в мой разум. Черная сеть заклинания, которую Гера плела ночью над дневником моей матери, активировалась.
Мои ноги мгновенно стали ватными. Земля под ногами качнулась, уходя куда-то в сторону. В голове зашумело, перед глазами поплыл густой серый туман. Дикий, панический, животный страх сдавил мне горло, мешая дышать. Холодная, липкая волна поползла вверх по позвоночнику, сковывая мышцы.
«Сними перчатку, коснись его… — шептал чужой голос в моей голове, — Держись за него… Он твоя опора… Твое спасение…»
Валериан почувствовал мою слабость. На его губах расцвела торжествующая ухмылка. Он уже раскрыл объятия, готовый прижать мое обмякшее, потерявшее волю тело к своей груди, чтобы зафиксировать мою слабость перед всем залом.
Но они недооценили меня.
Вместо того чтобы поддаться панике, я заставила себя сделать то, чему учила меня Бриенна — я перестала бороться с холодом Геры. Я направила свое сознание глубже, внутрь себя, и чистая, первобытная, неистовая драконья магия взорвалась внутри меня раскаленным пламенем. Багровый огонь моей крови хлынул по венам, сметая липкие путы Геры, как ураган сметает сухую листву.
Я резко выпрямилась. Мои колени больше не дрожали.