1. ППШ‑41 с боекомплектом и подсумками (5 ед.).
2. Форма летняя полевая (50 компл.).
3. Ремень солдатский, фляжка, вещмешок (50 компл.).
— Леха, зови двух человек, сначала все в оружейку перетащим, потом разбираться будем!
Через пять минут Алексей вернулся с матросами.
— Ого! Это чего? Оружие? — Спросил Славик.
— Оружие! Давай наверх утащим и будем разбираться! Осторожно, ящик тяжелый!
В Оружейке начали осматривать неожиданно свалившуюся халяву. Пять пистолетов — пулеметов Шпагина с тремя барабанными магазинами к каждому.
— Макс, каждый диск на семьдесят один патрон, это-ж двести с лишним выстрелов! И патроны тэтэшные, взаимозаменяемость однако!
— А это, что у нас! Слушай, тут афганки пятьдесят комплектов. Размеры разные от сорок восьмого, до шестидесятого, но основная масса пятьдесят два — пятьдесят четыре. Так, что на всех подберем! Леха, я вот думаю, а почему пятьдесят? Куда столько?
— А запас карман не тянет! Мое мнение, дают — бери, бьют — беги! С запасом видать дали, наперед.
Помимо ППШ и афганки, было десять брезентовых подсумков, по два на ствол. Пятьдесят солдатских кожаных ремней с зеленой полевой пряжкой. И такое же количество солдатских брезентовых вещмешков и фляжек в чехле.
— Ну — ка братцы речники, давайте — ка вас приоденем, да посмотрим! — Предложил Алексей. — Выбирайте по размеру!
Через некоторое время, парни стояли в летней полевой форме. Зеленая куртка с множеством карманов, прямые штаны, также карманами по бокам. На голове шляпа — панама с маленькой зеленой звездочкой.
— А-а! Гулять так гулять! Бери ремни, цепляй подсумки и фляжку. Ага, так! Вещмешок за спину. Теперь диски по подсумкам, а один к ППШ, ты автомат на плечо вешай стволом вниз — так удобнее. — Комментировал процесс Алексей.
— Блиннн! Макс, их хоть на выставку, где военную форму демонстрируют! Солидно выглядят! Странно, форма новая, а в панамы звездочки воткнули! К чему бы?
— Да не заморачивайся, может они ее просто копируют и сами из атомов собирают, ну как в книжках фантастических. Я вот думаю, тогда надо всех переодеть! Это же войсковая операция, а не разброд и шатание! Давай — ка тоже свой размерчик подберем, пока народ не набежал!
— А кто копирует — то? Как их называть? Как думаешь Макс?
— Леха, ну и вопросики у тебя! Я их про себя наблюдателями и зову. А так, чего гадать — то? Кто их видел?
Внезапно в дверь заглянул Сашок.
— Ого! Класс! А мне можно в такую переодеться?
— Так у тебя же цифра, и форма почти новая! — Удивился Алексей.
— Ребята! Это же мечта детства! Афганка с панамой! У нас сосед, в Азии на границе служил. Привез песчанку домой, так ему все мальчишки в поселке завидовали! Я полгода план вынашивал, как панаму у него подрезать — так и не получилось! А тут еще и ППШ! Командир, я Печенег махну не глядя!
— Давай заходи! Подбирай по размеру! А ППШ, считай за тобой закреплен!
— Вот, спасибо! Вот, братцы уважили! — И довольный Сашок кинулся подбирать свой размер.
До ужина переодели весь мужской состав. Даже девушки себе подобрали по комплекту, но сказали, что завтра подошьют штаны и немного приталят куртки, а вот Азуми одели сразу. На ремень, вместе с фляжкой, повесили Димкин травматик. В хаки, панаме и сланцах, да с пистолетом на боку, Азуми была похожа на вьетконговскую партизанку. После ужина пошли принимать работу авто — мастеров.
Шишига напоминала броневик, решетка радиатора и мотор с боков закрыты толстыми листами. Кунг — спереди весь, с боков до половины. Вокруг вырезанного люка, наварена труба, как подставка под пулемет. Стрелять можно было во все стороны, только вертись в люке и двигай пулемет!
— Трубу бы резиной обматать, для мягкости, да нету. Мы после ужина плащ — палатками обернем, временно, а потом что — нибудь придумаем! Завтра из пулемета все равно не стрелять. — Пояснил Петрович. — Мы листы зеленой краской промазали на раз, чтобы и не отсвечивало на солнце и высохло за ночь. Так что отцы — командиры, захотите архиважную речь толкнуть, пожалуйте на бгоневичок!
В поселок вьезжали ранним утром. Предупрежденные жители их уже ждали, а когда увидели Азуми в военной форме, да вооруженную пистолетом, вышли все — от мала до велика. Во все глаза смотрели на обвешанную броней машину и Юрку с довольной миной торчащего с пулеметом из люка. И уж совсем пооткрывали рты, когда двери кунга открылись и один за другим на землю стали спрыгивать автоматчики, в хаки и с вещмешками за спиной.
Максим вышел на середину площадки.