Пока девушки шли, неожиданно до сознания Банри стал доноситься подозрительный голос:
«Ты меня слышишь, верно? Ты же слышишь меня?»
Девушка, не останавливаясь, но неосознанно начиная хмуриться, приложила руки к ушам и глубоко вздохнула. Голос, доносившийся до нее, был явно мужским, и очень зловещим.
«Я там, в озере Коцит, — продолжал отзываться голос в сознании. — Иди ко мне, и я помогу тебе выбраться отсюда».
Банри вздрогнула. В этот момент она четко поняла, что этот голос звучал не со стороны. Он отзывался прямо в ее голове, что само по себе не было нормальным.
— Слушай, — позвала Банри, начиная невольно улыбаться, — Блэр, ты ничего не слышишь?
Не останавливаясь, Блэр оглянулась. Она посмотрела на свою напарницу и настороженно спросила:
— А должна?
— Нет, — Банри опустила руки, покачала головой и попыталась изобразить на своем лице максимум спокойствия, — возможно, что нет.
«Иди ко мне, — прозвучал мужской голос вновь, но уже не в манящей загадочной форме, а в резкой форме повеления. — Ты же слышишь меня, верно?»
Банри улыбнулась. Теперь она окончательно чувствовала себя, как человек, сходящий с ума. Пожав плечами, девушка попыталась мысленно отгородиться от всего этого зова и беззаботно подумала:
«Не стоит прислушиваться ко всякой всячине, что может пробраться в твою голову. Хороший девиз по жизни».
Вопросы для осознания главы:
1. Могут ли люди умереть в аду?
2. Можно ли полностью разрушить какой-либо этаж ада?
3. Откуда у Банри такая сила?
4. Что за странный голос может подзывать к себе прямо из озера Коцит?
4. Ловушка и правда
Время шло, а на улице было все также пасмурно. Казалось, вот-вот должна была наступить ночь, однако никаких предпосылок, кроме скоротечно бегущего времени, не было. Солнце не поднималось и не заходило за горизонтом. Из-за туч не было видно ни звезд, ни луны. Именно это и говорило о том, что в аду день и ночь не сменяли друг друга.
— Как думаешь, это стоит есть?
Услышав голос Блэр, Банри задумчиво повернула голову вперед и посмотрела на свою напарницу. В этот момент они обе отдыхали в пещере, располагавшейся на одном из горных склонов. Между ними горело пламя костра, кое-как разожжённого благодаря тому, что было найдено среди вещей, напавших на них ранее противников.
Хруст найденного хвороста, тепло, исходившее от пламени, вызывали приятные волнительные чувства. По лицу Блэр, постепенно терявшему свою бледность, можно было сказать, что благодаря огню она наконец-то начала отогреваться, однако пламя было не столь сильным, чтобы от него действительно можно было согреться в мгновение ока.
— Вряд ли, — ответила Банри, искоса поглядывая на предмет, удерживаемый в руках Блэр. — Я бы не стал.
Этот предмет, а вернее яблоко, имело довольно неприятный синевато-сероватый свет. С одной стороны, оно казалось будто бы даже спелым, крупным и пленительным. С другой стороны, его цвет наводил на довольно неприятные мысли. Да и издалека при плохом освещении сложно было говорить о том, насколько хорошим могло быть это яблоко.
Приподняв взгляд на Банри, Блэр искоса посмотрела в ее глаза и подумала:
«Она ответила в мужском роде?»
— Почему? — настороженно спросила Блэр, начиная невольно щуриться.
Банри улыбнулась. Точно также подняв взгляд в глаза собеседницы и, посмотрев на нее с иронией, она ответила:
— Мы в аду, милая. Не суй себе в рот всякую неизвестную гадость.
Блэр замолчала. По тому, как быстро она опустила взгляд на яблоко в своих руках, сразу стало ясно, что именно эти слова заставили ее задуматься. Поразмышляв так еще несколько минут, девушка, вновь приподняв голову, ответила: