Мне нравилось преподавать. Нравилось делиться своими знаниями, наблюдениями, смотреть, как юные некроманты с радостью поглощают новое и становятся сильнее. Возможно, так я заглушала чувство вины, так облегчала тяжесть своего звания – титула сильнейшего некроманта.
Впрочем, главное, что нравилось, а докапывать до причин – последнее дело. Я вошла в класс, посмотрела на учительское место, с одобрением отмечая его оснащенность: и большой стол с полным набором канцелярии, и новейшую магическую доску, позволявшую мысленно выводить не только текст, но и картинки. А потом я повернулась в сторону мест для учеников и обомлела. Это еще что такое?!
Я в своей жизни видела всякое: и некромантов, которые приносили подушку и клали на нее голову, и некромантов, которые ничего не приносили, используя кровать вместо парты, а походный плащ в качестве одеяла, и тех, кто бессовестно дрых под этой самой партой, чтобы не получить нагоняй от преподавателя. Но все они спали в одиночку, стараясь держаться друг от друга (да и от остальных людей тоже) как можно дальше.
А вот некромантов, причем совершенно разного возраста, которые спали прямо на полу фактически в обнимку, я встречала впервые. Магическое покрывало, несколько теплых одеял, какая-то кошка, определенно не очень живая, впрочем, обычный человек этого не поймет – один из моих учеников очень и очень талантлив. Ректора это ничуть не удивило, поэтому можно было с абсолютной уверенностью сказать, что дело обычное.
– Уважаемые студенты, попрошу взбодриться и поприветствовать вашего нового учителя, – сказал Ирвин и, понятное дело, его проигнорировали.
Ага, очень смешно – попробовать разбудить сладко сопящих некромантов в такую рань. Ирвин, по всей видимости, не ожидал нулевой реакции, потому неловко откашлялся. О, неплохо, детишки! Я вас еще не узнала как следует, но уже за то, что заставили каменную глыбу Ирвина Лестера Гроверхейса испытать чувство неловкости, я готова накинуть вам несколько очков симпатии.
– Кхм, уважаемые…
Я похлопала Ирвина по плечу и тихо сказала:
– Занятие еще не началось, в свободное от учебы время они могут делать то, что хотят.
– Даже не приветствовать учителя? – с сомнение спросил Ирвин.
– Даже послать его разыскивать могилку предка в пятом, а то и в седьмом поколении. Это некроманты, им нужен сон. Любой ценой, – отрезала я. – Даже взрослые некроманты трепетно относятся ко сну, не говоря уже об этих детях. И если это трепетное отношение попирать, боюсь, наладить отношения с учениками не выйдет.
– А вы хотите? – спросил ректор. – Вы же еще не решили, будете ли заключать со мной контракт?
– Страхуюсь на тот случай, если придется сказать вам «да», – легко ответила я, подошла к учительскому столу и начала выкладывать из пространственной сумки то, что мне необходимо для занятия.
– Я бы тоже хотел, чтобы вы сказали мне «да», – тихо сказал Ирвин. – Вы даже не представляете, насколько.
Сзади кто-то громко ахнул, я повернулась: почти все мои будущие ученики, в глазах которых сонливость стиралась со скоростью молнии, смотрели на нас со священным ужасом. Так, та-а-ак, а с какого момента они слушали нас с ректором диалог? Кажется, именно с того самого момента, когда весь наш диалог – вполне рабочий! – можно было понять совершенно не так. Я бросила полный надежды взгляд на Ирвина. В конце концов, он ректор, начальник, умница, должен же знать, как развеять это недопонимание?
Ирвин же…
Произнес заклинание и вытащил кипу бумаг, которые тут же передал мне:
– Тут краткие сведения о каждом ученике, информация об силах, которую удалось собрать, список тем, которые прошли, а тоненькая тетрадь в самом низу – мои заметки по вашему плану. Я навещу вас в начале урока.
И бессовестно, абсолютно бессовестно покинул класс, оставляя меня наедине с моими будущими учениками!
Глава 2. Часть 3
— А вы?..
— Вы с ректором?
— Ректор с вами?
— Мы спим, Айр, спим? Или ректор, тот самый ректор действительно нашему будущему учителю некромантии... м-ф-ф!
— Цыц, если сболтнешь серьезную тайну, можешь умереть, — шепотом сказал обычный на вид парень лет восемнадцать-девятнадцати, если правильно поняла, этот самый Айр.
— А разве такие вещи — страшная тайна? — фыркнула девчонка с рыжими волосами, словно была магом огня, а не некромантом, чей дар я сразу же приписала к экстраординарному — некромагией разило нешуточно.
— Все, что связано с ректором — страшная тайна, — заговорщицки сказал вихрастый мальчуган с классической для некроманта внешностью — темными волосами и почти что черными глазами. — Я ведь прав, учитель?
— Прав, конечно, — тут же улыбнулась я, мысленно благодаря этого ребенка за такую шикарную подсказку.
Вот из кого вырастет прекрасный мужчина — помогает даме в беде, пусть и сам этого не осознает. Не то что ректор.