— Учитывая мое положение и положение госпожи Лиферии, — тихо сказал Ирвин, — если она пожелает задать мне каверзные вопросы, то сделает это наедине, Алистер. И я отвечу.
Я улыбнулась. Приятно видеть, как этот взрослый ребенок, наконец, замолкает.
— Что ж, в продолжение лекции...
Лекцию я закончила без проблем. Дело ли в том, что шутить желание отпало, или же в присутствии Ирвина, но студенты вели себя образцово, а Алистер не отрывал взгляда от экрана.
— Что ж, на этом моя лекция закончена. Для всех студентов будут доступны два курса лекций. «История некромантии» и «Методы борьбы с иномирной энергией». Вторую лекцию рекомендую всем боевым магам, а также лекарям. Для лекарей будет особенно важна четвертая лекция в этом цикле. Так как целители всегда загружены, то исключительно для вас разрешаю записаться на одну лекцию из всего курса. До новых встреч и хорошей учебы.
Я встала из-за преподавательского стола и под хор студенческих прощаний покинула зал. Теперь пора было готовиться к своим профильным занятиям. Дойти до кабинета не успела — меня окликнули. Ну надо же, какие люди.
Глава 5. Часть 1
Ирвин. Что ж, хотя бы не заставляет его разыскивать ради выполнения договоренностей, которые нужны нам обоим.
— Мне действительно очень жаль, госпожа Лиферия, — первое, что сказал Ирвин, когда догнал меня. — Я бы хотел принести вам свои извинения.
Без труда, даже не запыхался, хотя я прилично отошла от аудитории. Неужели все дело в длинных ногах? Или сам по себе очень быстрый?
— Что мне пришлось сидеть под дверью вашего кабинета? Пустяки, — улыбнулась я, продолжая идти. — Мне часто приходится кого-то ждать, сидя за чашечкой чая или кофе. Правда, обычно это чрезвычайно древние души, которым требуется время, чтобы пройти через завесу. Но я действительно привыкла к подобному, поэтому вам совершенно не о чем беспокоиться.
Мой маленький сарказм пропустили мимо ушей. Впечатляющая способность игнорировать любые слова, которые не по душе.
— Нет, не из-за этого. За своего помощника. Я не думал, что возникнет подобное недоразумение.
Недоразумение — это такой человек, как Алистер, на должности помощника ректора!
— Кстати, по поводу вашего помощника. У него есть со мной какие-то проблемы, о которых я не знаю? Может, я его в детстве как-то нехорошо дразнила, а он вырос и у него травма осталась?
— Он не очень любит аристократов, — медленно сказал Ирвин.
— Я разве единственная аристократка в этой академии? Или вы говорите о самых основных аристократических родах? Но, кажется, я снова не одна такая. Так почему такие детские выходки наблюдаю только по отношению к себе? — спросила я, продолжая улыбаться.
— Сейчас... не самое простое время, — Ирвин впервые запнулся. Едва заметная усмешка скользнула на губах, но быстро исчезла. — Вне зависимости от его причин могу заверить, что подобного больше не повторится.
А какое сейчас время? Мне определенно нужно написать брату и спросить, что происходит среди аристократов.
— У вас интересная форма извинений, — заметила я.
— А что бы вы хотели? — спросил Ирвин.
— Исполнения контракта.
— Не подойдет, — Ирвин мотнул головой.
— Правда? Значит, вы все же не собираетесь соблюдать нашу договоренность, господин ректор? — Я остановилась, повернулась к Ирвину и сделала шаг вперед.
В отличие от Алистера, который отскакивал от меня как заяц от самого сильного монстра в лесу, Ирвин даже не шелохнулся.
— Госпожа Лиферия...
— Я зря приехала? — тихо спросила я: — Или вы считаете, раз я провела несколько лекций, то теперь ни за что не оставлю учеников, чтобы не испортить репутацию? И можно забыть про все, что указано в контракте?
Глава 5. Часть 2
— Госпожа Лиферия, контракт — это один разговор. Мои извинения — совершенно другой. Я не люблю нечестные сделки, даже если они выгодны мне. — Эт был сарказм или мне послышалось?
Я столько времени крутилась среди аристократов, что моя интуиция практически не давала сбоев — эмоции считывались легко, даже если я не понимала их подоплеку. Но с Ирвином все сложнее: казалось, что он лед не только для сражений использует, он еще и свои эмоции заморозил. А под коркой льда даже человеку с хорошим «зрением» что-то рассмотреть сложно.