Фиктивные. Бой с любовью: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сначала её украли, потом в клубе случилась заваруха. И всё вокруг неё крутится, понимаешь? - смотрел на пылающий кончик сигареты, следил за пьяным танцем дыма, в последний раз прокручивая свой план. - Если они засуетились, значит, что-то должно произойти.

Никит, - дядя Ваня убрал документы в ящик стола, а сам умостился на уголке. - Лютаев, а что за шальной блеск в глазах? Ты и раньше знал, что твой отец ублюдок редкостный. Что изменилось теперь? Я не дам отцу сломать ещё одну женщину.

И это всё? - дядя Ваня громко рассмеялся и вскинул руки, давая понять, что дальше в моих душевных терзаниях, так и быть, копаться не будет. - Но ты же понимаешь, что как только Юля обо всем узнает, ты вряд ли увидишь её снова?

А вот тут я справлюсь без вашей помощи. И ещё, у меня просьба от Князева. Иван Алексеевич, я вас ни разу ни о чем не просил. Но теперь прошу….. Спрячьте мою жену так, чтобы даже мне было сложно ее найти... Мне нужно время, чтобы разобраться с этой шайкой.

Глава 41

Проснулась от странного касания к руке, матрас прогнулся под тяжестью тела, нос царапнул мятный аромат шампуня, но когда я открыла глаза, рядом никого не оказалось... Я что, уснула? Вскочила, ощущая, как в груди завибрировала тревога. Но это ощущение быстро растворилось, потому что я была дома. Из ванной доносился плеск воды, а значит, мне не привиделось.. Это была первая ночь дома..

Рухнула спиной на кровать, утыкаясь взглядом в картину над изголовьем, и глупая улыбка вновь растянулась на губах.

Это что, счастье? Оно вот такое? Глупое, наивное, немного детское, приправленное предвкушением восторга?

В таком состоянии ты запоминаешь все: запахи, звуки, голоса, фразы. До мелочей помню шикарный гостиничный номер, где мы провели три сумасшедшие ночи. Огромная кровать у панорамного окна, энергия бесконечного бурлящего города, безудержная страсть мужчины.

Всё это на подкорке отпечаталось. Ощущениями, идиотскими слезами и щемящим чувством счастья.

Так легко и свободно я себя ощущала, лишь когда вырвалась из-под крыла отца. Помню первое время в Париже, тогда я была собой. Не вздрагивала, не оборачивалась, не думала о своем положении. Мне просто было хорошо! Мы говорили о ерунде, забегали в крошечные кофейни, пили ароматный чай со смородиной, катались на катере по реке, а потом пешком шли по набережной в сторону отеля. Рука к руке.. Не было времени на пустые разговоры. Я словно ощущала, как оно зыбким песком растворяется меж пальцев.

Лютаев никогда и ничего не делает просто так. Я видела, как он нервничает от того, что не в городе, что не может на месте решить проблемы, и вынужден делать это по телефону. Ждала ярости, команды собирать вещи... Но нет! Стоило Никите положить трубку, как его взгляд снова становился прозрачным, безмятежным и спокойным.

- Проснулась? - Никита выглянул из ванной, шустро орудуя зубной щёткой. - Я отъеду на пару часиков, нужно наведаться в клуб, а потом можем поужинать где-нибудь. Ты как? Может, я поеду с тобой? Посижу в кабинете, пока ты дела закончишь, - я потянулась, скатилась с кровати и начала раздеваться. - Как я уснула-то? Поднялась разобрать чемодан, и всё... Дальше ничего не помню. Если хочешь, можем поехать вместе. Тогда поторопись, потому что Князев там рвёт и мечет от ярости.

Вошла в ванную и тихо рассмеялась, заметив, что длинная тумба раковины перестала быть женским царством. Появились триммер, бутыльки парфюма, в стаканчике его щетка. Тут даже запах поменялся. Мужским стал, терпким, немного резким.

Нет, это не запах, это яд!

Сделала шаг, пусть робкий и неуверенный, но уже лишенный стыда. Прижалась щекой к его плечу, обвила руками торс, прогуливаясь пальчиками по рельефным косым мышцам пресса. Что мы будем делать дальше?

Плана поужинать тебе мало? - Никита вдруг накрыл ладонями мои руки, и касание это было похожим на то, от которого я и проснулась.

Взгляд упал на правую руку, и тут меня пробило током... Моё обручальное кольцо, зафиксированное на специальную резиночку, чтобы не спадало, пропало! А вместо него сверкал обод из белого золота с нескромным булыжником в центре.

Я даже не помню, кто покупал кольца на нашу свадьбу. Относилась к этому, как к формальности. Не примеряла, не заметила, что оно мне сильно велико.

- Это что?Юль, это кольцо, которое не нужно подвязывать. Надо было раньше сказать... Хотя нет, я должен был заметить это сам, - Никита откинул голову назад, прижимаясь щекой к моей макушке. Лютаев, что за игру ты ведёшь? Хочешь показаться идеальным? Зачем казаться, если можно им просто быть?

Лютаев вдруг крутанулся, подхватил меня и усадил на каменную столешницу тумбы. Он с жадностью проскользнул взглядом по расстегнутой рубашке, которую я не успела снять, а быть может, нарочно провоцировала его.- Юль, а ты быстро учишься. Нашла слабое место и сжимаешь, потому что поняла, как быстро управлять мужиком, - он наклонился, прижался к губам, пряча коварную улыбку. И это было началом конца. Я уже до мелочей знала наступление конца света! Одно касание, и всё! Одежда клочьями валится на пол, помещение заполняется звуками поцелуев, тяжестью дыхания. Моё тело привыкло к этому. Оно жаждало этих грубых обьятий, этой напористости в желании получить очередную дозу кайфа.

И вот на мне уже нет рубашки, вот уже и джинсы слетели прямо на пол, укрываемые влажным полотенцем с бедер Никиты.

Сопротивляться бессмысленно, бояться поздно...

Никита снова перевернул меня, уложил грудью на столешницу, сжав волосы так, чтобы не смела опустить голову!

Наши взгляды сплелись в зеркальном отражении. Коленом развел мои ноги, ласково пробежался по талии, бедрам, стиснул задницу, напористо постукивая твёрдым членом по плоти. Головка шлёпала по влажным губам, по клитору, грозя наказанием за дерзость.

Я даже не знаю, в какой момент стали ненужными длительные прелюдии! Достаточно было одних объятий, достаточно откровенного взгляда, и трусы начинали мокнуть. Коварная женщина ты, Юль, коварная... - Никита наклонился, схватил грудь, создавая точку опоры, а волосы натянул ещё сильнее, чтобы открыть для терзаний шею. И тут толчок... Такой резкий, обезоруживающий, сжигающий под ногами землю. Стоишь на углях и не чувствуешь ничего, кроме пульсации внизу живота.- Вот так... Вот так, - шептал он, когда интуитивно стала подмахивать бедрами, усиливая столкновение. - Моя девочка…. Моя сладкая девочка...

Мы слились воедино, перестав делить движения, дыхание и стоны. Толчки становились яростнее, мои крики громче, впивалась в край столешницы, не отнимала взгляда, следила за демонами, что вспыхивали в его прозрачных глазах. И опять эта оглушающая вспышка!

- Моя девочка... Моя!

Мир померк, все смялось в тугой комок, а потом вспыхнуло ярким пламенем, сжигая меня дотла. По ногам побежала горячая жидкость, а Никита накрыл её ладонью и стал разносить по заднице, бедрам, словно метил...

После быстрого секса мы научились очень быстро собираться. Уже через полчаса мы спускались на первый этаж.