Алина кивнула.
– А ты вместе с ним не пела? – уточнила бабушка.
– Мне говорить-то не хочется, когда он дома, – проворчала Алина. – Он не знает, что я пою. А мама не рассказывала.
– Да, она не расскажет. – Взгляд бабушки смягчился. – Пей чай, пока горячий, я сейчас принесу пирог. Заливной решила сделать, как раз клубника поспела.
До самого вечера Алина рассказывала, как проходит подготовка к поездке.
– Представь: у нас в группе будет писатель! – Это была единственная анкета, которую Алина запомнила лучше всего.
– Молодой? – Бабушка хитро улыбнулась.
– Молодой, – подтвердила Алина. – Он из Москвы.
– Присмотрись к нему. – Бабушка продолжала хитро улыбаться.
– Баб! – возмутилась внучка. – Он вообще не в моем вкусе! Очки огромные, на пол-лица, дрыщ, еще и волосы длинные.
– Прям до плеч? – изумилась бабушка.
– Да не, вот такие. – Алина руками показала длину примерно до ушей.
– Это не длинные, а худого можно и откормить.
– Ой, всё. – Теперь Алина поспешила сменить тему.
Бабушка усмехнулась.
– Он всяко лучше Наума будет, – резюмировала она.
– А что с Наумом не так? – не поняла Алина.
– Себе на уме, – загадочно произнесла бабушка и пошла ставить новый чайник на плиту.
В бабушкином доме кухня и столовая находились по соседству. Маленький закуток вмещал в себя плиту, подключенную к газовому баллону, и небольшую рабочую поверхность, а рядом располагалось просторное помещение с круглым столом, старым холодильником и духовкой. Бабушка ее называла печкой. Настоящую печку в доме заменили на маленькую металлическую буржуйку. Даже тут время забрало свое. Не нашлось мастера, который мог бы обновить старое.
Глядя, как бабушка хлопочет на своей маленькой кухоньке, Алина вспоминала беззаботное детство, которое уже не вернуть.
– Отвези это матери. Пусть хоть поест нормально.
На стол встала корзина с гостинцами. Алина кивнула.
– А на того писателя бы обратила внимание.
– Ба-а-а-аб!
Дорога обратно была короче: так всегда кажется, когда возвращаешься по знакомым местам, хотя по времени – то же самое.
Свет дома не горел, запах почти выветрился, а из комнаты мамы слышался мужской храп. Алина содрогнулась от одной мысли о человеке, который его издает, тихо прошла на кухню и поставила корзину на стол. Раковина была полна стаканов и грязных тарелок, которые придется мыть ей. Иначе гора будет расти и кухня превратится в хлев. От попыток представить, что случится с квартирой за десять дней, Алину затошнило.
– Как бабушка? – спросила заспанная мама, стоя в дверях.
– Гостинцы передала, – ответила Алина.
– А как она сама?
– Поезжай и проверь.