— Сядь, Лана, — рявкнул Гриз.
— Сядь, Лана? — переспросила она в ответ, повысив голос. — Мой брат мертв, и это все, что ты можешь сказать?
Ужас накрыл меня, как толстое одеяло.
— У нас будет время погоревать, когда мы вернемся домой. — Голос Гриза смягчился. — Сейчас мы должны следовать приказам.
— Наш приказ — не спасать эту сучку, — бушевала Лана, и в ее глазах блеснули слезы. — Было велено вернуть оружие…
— Она и есть оружие, — прервал Трей, стоявший в нескольких шагах от нее.
В наступившей тишине все уставились на меня, а я смотрела на потрескивающий огонь в костре.
— Нет, — прорычала Лана, и внезапно двинулась с места.
Мой взгляд метнулся к ней. Она вытащила пистолет и нацелила его прямо на меня.
— Мы даже не смогли забрать его тело! Мне пришлось оставить своего брата на гребаной крыше с гребаными наемниками! Я даже похоронить его не могу. И это ее чертова вина.
— Лана! — Трей протянул руку. — Опусти пистолет.
— Кровь за кровь. — Руки Ланы были тверды, но ее голос дрожал.
Я уставилась на пистолет, но не могла отрицать, что чувствовала столько же облегчения, сколько и страха. Вольф зарычал, но, боги, как же я, мать его, устала. Затем Мак появился позади Ланы, приставив пистолет к ее затылку.
— Опусти, — приказал Мак, ужасающе тихо, в его глазах блеснули искры костра. — Мы доведём дело до конца.
Лана оскалилась на меня, как дикая кошка. В ее глазах заблестели слезы, но, в конце концов, она опустила пистолет. Мак забрал его, а затем к ним присоединился Трей, и они повели ее назад за внедорожник. В тишине я в смиренном ужасе ждала выстрела, знаменующего её казнь, но его так и не последовало.
— Ешь, — сказал Гриз рядом со мной.
Еда пахла восхитительно, но прошло много времени с тех пор, как я ела нормальную еду. Я съела столько, сколько смогла, остановившись, когда мой желудок свело. Оставив тарелку на землю у своих ног, я обхватила себя руками.
Мак, Трей и Лана вернулись после того, как костёр почти угас. Лана всё ещё смотрела на меня с искрящейся ненавистью, но молчала. Мак и Трей продолжили есть, как ни в чем не бывало. Я наблюдала за ними, чувствуя любопытство, несмотря на все усилия оставаться равнодушной. Если бы кто-то так бросил вызов Джаку, он был бы мертв, прежде чем произнес пару слов. Или, по крайней мере, был бы почти мертв, чтобы Джаку было с кем немного повеселиться. Небольшая горсть мяса и картошки, которую я съела, превратилась в камни у меня в желудке. Мои пальцы коснулись шрама на груди.
— Его застрелили наемники? — спросила я Гриза.
Гриз удивленно взглянул на меня.
— Да.
Я позволила чувству вины навалиться на меня. Если бы я не сбежала, ее брат, вероятно, все еще был бы жив. Кровь за кровь. Я подумала о Вольфе, и по спине пробежал озноб.
— Это Рэйвен слева от Ланы, — добавил Гриз, кивнув в сторону другой девушки из их команды. На одной половине головы нее были длинные черные волосы, а другая была выбрита. Она продолжала игнорировать меня, и я не возражала.
— Сэм — это тот, что рядом с малышом. — У Сэма были коротко подстриженные светлые волосы и короткая борода. Казалось, он поддразнивал Джакса, который хмуро смотрел на него.
Я коротко кивнула, и Гриз снова замолчал. Он очистил свою тарелку, а затем посмотрел на мою, все еще полную.
— Тебе следует больше есть.
Я покачала головой.
— Мне хватит. Можешь забрать остальное.
Он посмотрел на меня несколько секунд, затем пожал плечами, взял мою тарелку и принялся есть. Я разглядывала его: на нём была лёгкая куртка, но массивные мышцы рук угадывались через ткань. Тёмно-шоколадный оттенок его кожи сиял в свете костра. В его тихом, уверенном присутствии была какая-то успокаивающая невозмутимость, которая меня раздражала. Я не хотела чувствовать себя спокойно, ничто здесь не должно было заставить меня чувствовать себя спокойно.
Как только Мак и Трей покончили с едой, все разошлись по своим спальным мешкам. Гриз взял меня за руку и отвел за дерево, чтобы я справила нужду. Я неловко возилась со своими штанами, а Гриз отвел взгляд в сторону. Когда мы вернулись в лагерь, он остановился, глядя на Мака.