Цвет любви – МЫ: читать начало книги онлайн

Он убедился, что память его не подвела. Арочных проездов в этом доме отродясь не бывало. Зато в двух соседних, расположенных друг за другом перпендикулярно к основной улице, имелись точно.

Они с Милой прошли вдоль парка до пешеходного перехода. Милана пропала в телефоне и периодически ворчала, почему Клим не подсказал, что тут на фото у неё будто струя из уха выстреливает, а там кофта надулась и превратила её в пузатый шарик на ножках. Клим придерживал Милу под локоть, чтобы она ни в кого не врезалась, и, не вслушиваясь в её замечания, изучал проезды во дворы с главной улицы и бокового проулка.

Первая арка была перегорожена с внешней стороны бетонным блоком, который не мешал пешеходам и самокатчикам. Две тропинки по обеим сторонам от него были гладко вытоптаны в выщербленном асфальте сотнями ног тех, кто предпочитал таким образом сокращать путь. Клим прикинул, что, если пройти здесь, можно пронырнуть по дворам до самого бабушкиного дома.

Следы шин говорили о том, что находчивые жильцы постоянно загоняли сюда машины, соревнуясь, кто успеет занять место первым. Сейчас арка пустовала. Никакого колодца в ней вообще не наблюдалось.

– Не та, – пробурчал Клим и подтолкнул Милану идти дальше.

Девушка увлечённо размещала посты с новыми фотографиями в соцсетях и послушно переставляла ноги в заданном направлении. Клим для виду поглядывал через плечо Милы в её телефон. Благодаря Милкиному энтузиазму они казались обычной парой, повёрнутой на ежесекундных показах всякой ерунды, типа как пьют кофе или покупают носки, а самой большой интригой в их жизни становится видосик, на котором один из них делает круглые глаза и закрывает перед носом второго дверь в туалет. «Ну, хоть не ссут ещё пока на публику где ни попадя, лишь бы набрать лайков и подписоты. – Клим свёл брови и так стиснул челюсти, что заломило в висках. – Второй раз за день пытаюсь изобразить из себя не того, кем являюсь, как шутила последний».

К его искреннему облегчению, они быстро добрались до арки второго дома. Клим притормозил метров за десять до неё. В отличие от первой, эта была зарешёчена – наверняка, чтобы посторонние не шастали. Частые железные прутья успели проржаветь, но, несомненно, простоят ещё не один десяток лет. Справа решётка отошла от стены, но была примотана – явно недавно – на добротную проволоку к нескольким новым, судя по чистому блеску, анкерам с петлёй на конце. Тем не менее плотно она не прилегала и оставляла зазор между крайними штырями и стеной. В него спокойно могла пролезть Мила, и уж тем более Аврора, которая однозначно уступала ей в основных женских объёмах.

Медленно минуя арку, Клим отметил под ней оранжевый сигнальный конус, торчащий возле злополучного колодца, и натянутую на входе со двора красно-белую ленту, которую запрещалось пересекать.

– Здесь случилась авария с той девочкой? – послышался сбоку голос Миланы.

Она тоже увидела яркий дорожный колпак и попыталась подойти поближе.

– Да, здесь, – ответил Клим, не позволяя Миле остановиться. – Давай обойдём со двора.

Несмотря на запреты, он приехал сюда не правила безопасности соблюдать. Ему требовалось проверить вблизи кое-что ещё.

Они обошли дом. Заинтересованность Клима передалась Милане – она убрала телефон и нервно пожала его пальцы, вновь взяв за руку.

– Клим, – Мила интуитивно понизила голос, – зачем тебе понадобилось на место аварии?

– Хочу понять, насколько случайно всё произошло, – ответил он, внимательно сканируя двор и отмечая пацанёнка лет десяти в бейсболке, надетой козырьком назад, который оседлал конёк одной из башенок детской лазалки. Тот втыкал в телефоне, болтал ногами и не боялся свалиться.

– Думаешь, без тебя не разберутся? – не отставала Милана.

– Думаю, что разбираться не станут. Гораздо проще списать на несчастный случай.

Мила тяжело вздохнула, понимая, что спорить бесполезно.

– И что ты сделаешь, когда всё выяснишь?

Клим вдруг остановился и развернулся к Милане.

– Значит, не сомневаешься во мне? – Он легонько щёлкнул её по кончику носа и довольно ухмыльнулся, когда Мила игриво поморщилась. – Пока не знаю, что сделаю. Только за любой косяк, совершил ты его нечаянно или специально, надо отвечать. Самое меньшее – извиниться. В лучшем случае – исправить.

– Клим, девочке отрезало пальцы. Тут вряд ли можно что-то исправить. – Мила снова вздохнула, потому что приходилось объяснять очевидное.

– Они её не только пальцев лишили, но и любимого занятия. Так что придётся поднапрячься насчёт того, что и как можно исправить, – категорично отрезал Клим.

– Помимо причитающейся денежной компенсации нанесённого ущерба, – сухо подвела итог Мила.

– Сечёшь на лету, – похвалил Клим и, высвободив руку, поднырнул под натянутой лентой в арку.

Милана помедлила несколько секунд и пробралась следом за ним. Клим недовольно шикнул на неё:

– Мил, вернись назад. Нечего тебе здесь топтаться.

Милана обошла люк и огляделась.

– А может, меня возбуждают запреты и опасность? – Она состроила Климу глазки.

– А я-то думал, что я. – Клим перехватил Милу поперёк живота, когда она попыталась отпрыгнуть в сторону. – Будет тебе запрет и опасность, и адреналинчика по самое не хочу, но не сейчас. – Он приподнял её и, не обращая внимания на слабое сопротивление, выставил обратно на тротуар. – Дай мне пять минут. Понаблюдай пока за мальчишкой в кепке на детской площадке.