— О, в этом нет ничего удивительного! Лилиана — яркая девочка, а это затхлое сборище светских условностей давно следовало бы встряхнуть.
Фыркнули мы одновременно — и я, и глава Тайной Канцелярии. Только я тут же поспешила спрятать свою усмешку за чашкой, а вот лорд Бенедикт подобными условностями не страдал. Наоборот, он с невозмутимым видом самостоятельно налил себе в чашку кофе, сделал глоток и только потом заявил:
— С вами сложно не согласиться, дорогая леди Диана. Однако после ваших слов я все больше убеждаюсь в правильности своего решения. Я хочу переговорить с вашей подопечной. Наедине.
Сердце испуганно дрогнуло. От лорда Бенедикта так и исходила аура опасности. И я прекрасно понимала, что свою должность он получил не зря. И я не сомневалась — разговор с ним станет испытанием в любом случае. Даже если он вдруг (о чудо!) будет настроен ко мне доброжелательно. И еще от таких просьб-приказов не отказываются.
Я сделала глубокий вдох, но тут вмешалась Диана. С восхитительной наглостью она возмущенно стукнула главу Тайной Канцелярии по запястью веером и выдала:
— Бенни, ты нахал! Это совершенно невозможно. У тебя для этого нет никаких оснований. Что ты взъелся на бедную девочку?
Я только поразилась столь неожиданному преображению из подающей надежды ведьмы в бедную девочку, которую неожиданно тиранит глава Тайной канцелярии. И, возможно, это заступничество от леди Дианы и заставило меня перестать бояться. Я, в конце концов, чиста перед законом. Мой брат — тоже. В этом я не сомневалась. А если же лорд Кинстер сам в чем-то виноват, но пусть лучше сам боится! Заложу королю без угрызений совести.
— Леди Диана, при всем моем к вам уважении, — ничуть не устыдился этот равнодушный, бесстрашный и явно не дружащий с головой и инстинктом самосохранения мужчина. — Я благодаря своей должности имею полномочия переговорить с абсолютно любым жителем нашего королевства. И ваше заступничество здесь не поможет.
— Бенедикт! — разгневанно прошипела леди Диана, и тут глава Тайной Канцелярии не выдержал:
— Право слово, не съем я вашу бедную девочку, леди Диана! Даже не понадкусываю! Верну в целости и сохранности!
Я почему-то невольно улыбнулась. Все-таки эта дама удивительная. На мгновение мне стало жаль, что я никогда не познакомлюсь уже с ее мужем. Просто мне вдруг стало безумно интересно, какой он, мужчина, способный выдержать такую даму, да еще любить ее? Почему-то я ни на мгновение не сомневалась, что ее брак был счастливый. В несчастном ее муж бы столько не прожил.
— Лили? — леди Диана кинула на меня вопросительный взгляд, словно спрашивая, готова ли я побеседовать с лордом Кинстером. Я кивнула:
— Леди Диана, я побеседую с лордом Бенедиктом.
Страха больше не было. Сложно бояться человека, которого могла достать до печенок леди Диана. Он вовсе не ужасающий монстр, а вполне обычный человек. Пусть и с очень сложной должностью.
— Ну что ж, — величественно кивнула леди Диана. — Только дай нам для начала поесть.
— Конечно, — не стал спорить глава Тайной Канцелярии. — Я сам с удовольствием выпью чаю.
И он перешел на весьма светский разговор, требующий от меня каких-то не очень значительных реплик. В основном говорили он и леди Диана. Но при этом я чувствовала — глава Тайной Канцелярии меня изучает. Словно просчитывает. Пытается увидеть насквозь.
Впрочем, завтрак не мог длиться бесконечно. Да и я оттягивать неизбежное тоже не хотела. И уже через десять минут я прошла за лордом Бенедиктом в его кабинет. Леди Диана на удивление легко согласилась нас отпустить вдвоем. После их пререканий это выглядело несколько странно.
Хлопнула дверь, отрезая нас от остального мира. Мы с главой остались вдвоем. Он несколько секунд изучающе на меня смотрел, а потом вдруг выдал:
— Что ж, не будем терять зря времени. Леди Лилиана, что вы знаете о заговоре и участии в нем вашего брата?
О как! То есть размениваться по мелочам и вести вежливые речи он не собирается? Меня планируют именно допросить?
Что ж, пусть попробует это сделать. Я готова и ничуть не боюсь.
— Что я знаю о заговоре? — очень медленно переспросила я, тщательно взвешивая каждое слово. С этим человеком нужно быть настороже и при этом максимально откровенной. Насколько это, конечно, возможно. — Только то, что мой брат в этом не замешен. Вот и все. Его подставили.
— Вы уверены? Для человека, ничего не знающего о заговоре, вы подозрительно осведомлены, — он удерживал мой взгляд, проникая, кажется, даже во все тайные мысли. Какие же все-таки у него ледяные и пугающие глаза!
— Ну что вы? Я всего лишь леди и нисколько не интересуюсь политикой, — я произнесла это без кокетства. Просто факт. Меня действительно не волнует политика ни в малейшей степени. Я всего лишь хочу защитить брата. А теперь и Фредерика от возможных врагов. — Что касается моей уверенности… — тут мои губы невольно изогнулись в усмешке. — Полагаю, вы со своей должностью уже прекрасно изучили мое досье. И ничего не укрылось от вашего внимания. В том числе и некоторые мои особенности. Значит, должны понимать, почему я так верю своему брату.
Прямо говорить про свой дар я не стала. Хотя ни капли не сомневалась — он знает. Тут никаких сомнений и быть не может. С большой вероятностью именно он и положил мое досье на стол короля.
— А как вы сами относитесь к правящему режиму? — еще один вопрос был стремительным и чересчур прямолинейным. И тут я ответила без малейшей запинки:
— Прекрасно отношусь. Я верна правящей фамилии. И считаю, что лучшего короля для нашего королевства не найти.
Не удивлюсь, если у главы Тайной Канцелярии есть какой-то артефакт сродни моему дару. Потому-то мне сейчас и нельзя лгать. Ни капли. Ни в чем. Правда, я прекрасно понимала, что никакие артефакты не заменят живой дар, но за неимением лучшего, так сказать.
— Хорошо, — кивнул лорд Бенедикт. — Зачем вы прибыли во дворец?