Поначалу всё это показалось Лэйми бредом, но почти тут же он услышал топот, хриплый рев, мяукание и другие, неописуемые звуки, издаваемые этими богопротивными тварями. Запрудив всю площадь, они хлынули на улицы. Этот скотский потоп казался бесконечным – а Ворота становились всё больше и туман постепенно затянул всю площадь. Зеленоватый свет их ядра потускнел за его мутной толщей, он то ещё пригасал, то разгорался ярче. За окном, одна за другой, скользили исполинские бесформенные тени и пол под ногами подпрыгивал от их сокрушительных шагов.
Вчера Охэйо удалось подобраться к компьютеру с интерактивным экраном – и он провел весь день возле него, пытаясь разобраться в системе управления Ворот. Его искусство поистине внушало уважение – он смог не только подключиться к ней с домашнего терминала, но и выяснить, что с ТОЙ стороны Ворота пытаются и не могут открыть – потому, что они заблокированы – и, наконец, снять блокировку. Как он полагал, её поставили, чтобы твари не вошли в Ворота с этой стороны – но, как оказалось...
Сердце Лэйми замерло, он не хотел верить глазам – но фантасмагория за окном не прекращалась. Туман залил уже всю площадь, как мутное, светящееся море – его зыбкая поверхность колебалась на уровне окна. Тени скользили в его глубине, как невероятные рыбы, – но потом Лэйми увидел плывущую над ним черную спину, похожую на днище перевернутого корабля. Её верх был на уровне шестого этажа. Такая туша могла повалить башню, словно гнилой столб, и сердце у него ушло в пятки. Тем не менее, он продолжал смотреть, пока туманная мгла не затянула окно окончательно. Она то редела, то становилась совсем непроницаемой. Топот и трубные голоса марширующих тварей постепенно затихли, но иногда, когда туман особенно густел, Лэйми слышал слабый, странный шорох, – казалось, по окну снаружи скользят развевавшиеся ткани.
По его коже ползали мурашки: всё это слишком походило на сон, чтобы поверить в него, но выходить на улицу ему вовсе не хотелось. При одной мысли, что эта плотная живая мгла поглотит его, его охватывал необъяснимый страх. Иногда её поток ослабевал, иногда густел так, что площадь вовсе исчезала из виду. Тогда шорох скольжения становился отчетливым и резким. Наконец, за окном всё почернело, и густой туман, наплывающий на броневые стекла, едва пропускал мутное сияние уже почти неразличимого ядра Ворот.
– Нам нужно убираться отсюда, – сказал Наури, вдруг опомнившись. – Зона перехода расширяется, и мы сейчас уже, наверное, внутри. Ты же не хочешь, чтобы какая-то тварь возникла у нас прямо за спинами?
– Это ненадолго, – ответил Охэйо.
Открыв боковую панель, он возился с механизмом малых Ворот – их полутораметровая круглая середина тоже налилась темнотой и неприятно мерцала. Покрывающая её опаловая пленка силового поля то натягивалась, то опадала, словно какая-то сила пыталась втянуть её вглубь и Лэйми слышал странное шуршание – его источник находился не снаружи, а внутри, где-то между ушами. Ему всё это не нравилось.
– Ну, что там? – нетерпеливо спросил он.
– Что-то тяжелое, – хмуро отозвался Охэйо. Он встал на колени и провел запястьем по лбу, стараясь отбросить лезущие в глаза волосы. Обе его руки были грязные. – Не переключаются, хоть тресни. Разность потенциалов просто чудовищная – хотя…
Он вновь нагнулся и полез за панель, что-то ворча.
– Что всё это значит? – наконец спросила Лэйит. Голос её звучал раздраженно и Охэйо ответил ей весело и зло.
– Пространственные Ворота, Лэйит, – это не дверь. Здесь мало иметь вход – нужно выбрать и выход. Обычно пользуются готовой сетью – но тут всё кем-то стерто. Я смог нащупать узел выхода... это что-то очень массивное, – не думаю, что черная дыра, скорее... а, неважно, – он вдруг широко ухмыльнулся. – Знаешь, у меня талант устраивать катастрофы. Сначала в Хониаре, теперь вот здесь... Короче, дело вот в чем: Мроо захватили контроль над большими Воротами и сделать что-то с ними я не могу. Эти вот я могу перезапустить – отключить, а потом открыть снова, – и мы попадем во Вьянтару, оставив тут всё, как есть. Или...
– Или – что?
– С той стороны, – он ткнул рукой в налитую чернотой раму, – что-то вроде темной звезды. С чудовищной гравитацией. Если отключить защиту, она всосет раму и Врата превратятся в брешь в самой ткани мироздания – брешь, движение которой ничто не будет сдерживать. Её затянет в потенциальную яму больших Врат – и, таким образом, откроет их в эту бездну, причем, что самое забавное, сразу с двух сторон – здесь и там, откуда идут эти гады. Это замечательный выбор, знаете, совсем как в книжке – или мы уйдем в мир нашей мечты... или останемся здесь и скорей всего скоро умрем – но ударив по Мроо. Итак?..
3.
Они на всякий случай отошли подальше. Охэйо достал из сумки энергопризму – и, прищурившись, направил режущий луч в открытую боковину Ворот. Там вспыхнуло ослепительное пламя – и в то же мгновение Лэйми оглушил треск. Внутри рамы что-то взорвалось, из-под снятой крышки ударил фонтан белых, раскаленных искр – они долетели до коленей Охэйо и тот с гневным воплем отскочил. Пленка силового поля задрожала и начала втягиваться внутрь, как резиновая, всё быстрее, превращаясь в ведущую куда-то в бесконечность трубу.
Лэйми, ошалев, смотрел на это невероятное зрелище – и оно стало бы последним в его жизни, если бы Охэйо, заорав, чтобы они убирались, не бросился за дверь. Он споткнулся и растянулся на полу, уже шагах в двух от проема. Лэйми прижался к стене рядом с ним, и в следующий миг внутри у него отдался толчок – резкий, беззвучный удар. Потом его словно ладонями хлопнуло по ушам, когда разверзшаяся пустота поглотила весь воздух в пультовой и её стальная дверь захлопнулась с оглушительным звоном.
А затем, мгновенно, начался кошмар. В комнате с Воротами вырвало рамы. Лэйми услышал звон стекла, потом невероятный треск – словно отрывали часть башни – и так же мгновенно всё стихло, сменившись глухим мощным ревом. Он почти не ощущался ушами, но всё его тело от него вибрировало. Дверь заскрипела, с косяков посыпались куски бетона и Лэйми увидел, что она ощутимо вогнулась внутрь. Воздух беззвучно выл, врываясь в возникшие щели, – издаваемый им звук вместе с ним улетал с бездну, и он понял, что дверь вот-вот не выдержит. Дело было явно не в разности давления – какая-то непонятная и всё возрастающая сила исходила из Ворот, затягивая внутрь всё, до чего только могла дотянуться.
Вскочив на ноги, Охэйо бросился к лестнице. Лэйми последовал за ним, всего мгновением позже – в последнее мгновение, которое у него ещё оставалось.
Дверь в пультовую вырвало вместе с косяками и частью бетонной стены. Мгновенно отвердевший воздух швырнул его на пол и с непреодолимой силой потащил в брешь. Он испытал жуткое ощущение удушья, когда почти весь воздух вышел у него из груди, уши пронзила острая боль – но, когда в коридоре взорвались остальные окна, ураган несколько ослабел и он, цепляясь за углы проемов, пополз к двери на лестницу. Яростный упругий ветер бил в лицо, нес тучи пыли и пол под ним яростно вибрировал.
К их счастью, эта дверь осталась открытой, – захлопнись она, и они уже не смогли бы её открыть. Охэйо первым сунулся в неё – и отлетел, врезавшись в твердый поток воздуха. Отброшенный, он плюхнулся на задницу, тут же встал на четвереньки и снова упорно пополз вперед. Лэйми, в той же позе, последовал за ним.
Выбравшись на лестницу, он на секунду оглянулся. Отсюда он ещё видел дверь пультовой, – вернее, рваную брешь, в которую она превратилось. На его глазах ещё один кусок стены беззвучно отломился, тут же взлетев и канув в никуда. Воздух гудел, ревел, мерцал, как текущая жидкость, – и он захлопнул эту дверь, отгораживая их от зыбкого сосущего кошмара.
Ветер мгновенно утих, рев теперь почти не был слышен. Пол под ногами, правда, по-прежнему вибрировал. Нэнни и Лэйит с братом трясло – но сейчас Лэйми было не до них. Лестница была очень крутая, и, не найдись тут перил, он легко сломал бы шею в дикой спешке.
Они уже подошли к шлюзу, когда наверху раздался оглушительный грохот. Лестницу затрясло сильнее, с потолка посыпалась мелкая пыль. Лэйми вновь хлопнуло по ушам – давление опять скачком упало – и он почувствовал, как какая-то сила весьма ощутимо тянет его вверх. Охэйо победно глянул на него – и первым влетел в шлюз.
Закрыв внутреннюю дверь, они остановились отдышаться. Здесь было почти тихо – если не считать дрожащего, как в лихорадке, пола и забивающего уши низкого, почти инфразвукового рева. Говорить было невозможно, но, судя по жестам Охэйо, его затея удалась – брешь вырвалась на свободу и теперь кошмар начался для Мроо. Снаружи донесся дикий рев, вой, визг, – и мрак за бронированным окном рассеялся.
Втроем навалившись на внешнюю стальную дверь, они распахнули её. Снаружи тоже бушевал ветер, яростно бил в грудь – но, держась друг за друга, они могли идти. Им повезло, по крайней мере, в одном – часть выходящих из Ворот тварей уже засосало обратно, остальные, вероятно, сбежали – но Лэйми боялся представить, сколько их уже прорвалось и что они натворят здесь.
Отойдя метров на сорок, он оглянулся. Между башнями Ворот в бетоне площадки зиял бесформенный черный провал, воздух свистел и ревел, неистово врываясь в него.
В следующий миг Врата распахнулись настежь. Огромный круг земли между их башнями мгновенно провалился в брешь и исчез. На какое-то мгновение Лэйми увидел серую призрачную волну перепада давления. Едва она накатилась на них, по ушам вновь ударило и мгновенно отвердевший воздух швырнул их наземь. Он отчаянно вцепился в камень, чувствуя, что начинает сползать к бреши. В ней ничего не было – лишь дрожащая, мерцающая пустота. Теперь воздух врывался в неё с такой силой, что по краям граней генераторов дрожали призрачные белесые струи, какие появляются иногда у крыльев скоростных самолетов.
Вокруг бушевал неистовый ураган, несущий тучи пыли и каких-то обломков. Впереди, всего метрах в пятидесяти, виднелась стена Тарики. Оглохнув от безумного рева, они невыносимо медленно, словно в кошмаре, ползли к ней, сражаясь с потоком невероятно плотного, словно тугая струя воды, воздуха и преодолевая его напор буквально по сантиметрам.
Остановившись на минуту передохнуть, Лэйми посмотрел в небо. Желто-бурые светящиеся тучи над ним вращались, как водоворот, – и его середина на глазах начала опускаться, превращаясь в смерч.