Челнок Предтеч 3: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А… А первых двух Костя получается убил? Или девушки? — спросил майор.

— Я их убил, в порядке самообороны, да и то непреднамеренно. Первый бросился на меня с ножом, убить хотел. Я вывернул нож лезвием к нему, он на него и насадился, когда мы с ним вместе упали. А второй целился в Валеру из обреза, я в него этот нож метнул, хотел в плечо попасть, чтобы парализовать руку. А девушки камешком его вырубили, и он падать начал, поэтому нож попал ему в шею, перерезал ему сонные артерии. Ну а я после выстрелов сознание потерял, все остальное спрашивайте у ребят — ответил я.

— Постой, он ранил тебя выстрелом картечи в грудь? Ты должен в больнице после этого месяц лежать, как минимум! И это в лучшем случае, если в живых остался! — сказал эксперт.

— У этого челнока медкапсула имеется, за сутки меня на ноги поставила — ответил я. — Даже следов не осталось. Это еще одно достижение этой древней цивилизации.

— Да, история… — задумчиво произнес майор. — Ну рассказывайте дальше — кто следующий?

— Выхода у нас не было товарищ майор, они нас хотели изнасиловать, ребят сразу убивать начали. Да и нас бы потом тоже убили — им свидетели не нужны. Так что либо мы их, либо они нас. Поэтому мы выбрали, что мы их — сказала Лариса.

— Но ведь Хмурый точно был живой на той площадке, где мы их нашли, ползал по ней с перерезанным горлом, пока не скончался от кровопотери — сказал эксперт.

— Ну так мы их туда перевезли, разложили как надо, чтобы была достоверная картина. Я заставил Хмурого выстрелить в живот Рябому, а потом перерезал ему сонную артерию — сказал Погодин. — Он после этого и ползал по площадке, искал чем перевязать артерию. У меня не было другого выхода. Оставлять за спиной таких врагов живыми нельзя. Вот в пакете стоит мешок с золотом, что Хмурый вытащил из схрона.

— Ох и влипли же вы ребята… Причем все, девчонки тоже, как соучастники пойдут — вздохнул майор. — Но хорошие адвокаты помогут вам скостить срок, деньги у вас имеются для этого. Хотя Костя, как вы говорите, был без сознания, скорее всего его оправдают. Вот только это золото… Хотя мы можем сказать, что нашли его с помощью собаки вдали отсюда. Скажем коллеги?

Коллеги дружно кивнули, поддерживая майора.

— Спасибо товарищ майор, но я сдавать ребят не собираюсь — ответил я. — Я предлагаю оставить этот эпизод на нашей совести, опасные преступники и убийцы ликвидированы, вы же читали их чистосердечные признания, там у вас сразу несколько преступлений было раскрыто, причем убийств.

— Ну как я могу это сделать? С моей стороны это уже будет соучастие… Хотя нет, попроще нарушение, но тоже с уголовной ответственностью. Как и для всех слушателей ваших рассказов — каждый из них, как советский гражданин обязан сообщить о преступлении, о котором ему стало известно — сказал майор Остапов с сожалением. — Собирайтесь, поедем на нашей машине в Сусуман. Вы все задерживаетесь в подозрении на совершение преступления, предусмотренного статьей 102 УК РСФСР пункт «З» «Умышленное убийство двух или более лиц» — громко объявил он.

Ловушка

— Да мы просто пошутили товарищ майор, вы же это от нас хотели услышать? Такую версию преступления? — усмехнулся я.

— Посидишь в камере с неделю, поговорим серьезно — встал майор, нахмурившись. — Собирайтесь! Тут для тебя еще корячится статья за утаивание находки — этого челнока, тут я тебе ничем помочь не смогу. Этим КГБ будет заниматься, может они помогут твоим друзьям избежать наказания. Да скорее всего они вас сразу к себе заберут и все материалы по этому делу. Я как-то забыл про этот челнок, про его важность, по сравнению с ним жизни бандитов ничего не стоят. Товарищи, сразу предупреждаю вас, что рассказывать об этой находке никому нельзя. Я сразу по приезду в Сусуман сообщу об этом в КГБ и с вас возьмут подписку о неразглашении! — обратился майор к сослуживцам.

— Да это же шутка была, товарищ майор, — вновь повторил я, заставил себя улыбнуться, хотя губы были словно деревянные. — Мне показалось, что вы именно это хотели от нас услышать? Видел, что вы нам не доверяете. Вот мы вам ее и выдали, в шуточном варианте. Вы же профессионал, вы понимаете — улик против нас нет никаких. И быть не может. Потому что мы к этому преступлению не причастны и за нами нет никакой вины.

Остапов дернулся, его рука непроизвольно легла на кобуру. Моя усмешка жалила его сильнее, чем любое оскорбление.

— Против вас нет улик? — Остапов шагнул ко мне, обдав запахом дешевого табака и пота. — Ну-ну. Посидишь в камере с неделю, на сухарях и водичке, тогда поговорим серьезно. Я из тебя не только признание выбью, я из тебя всю душу вытрясу — вновь он повторил свою угрозу.

Он резко встал, давая понять, что разговор окончен. Но тут же его взгляд снова зацепился за гладкую панель монитора, на которой был виден вход в пещеру.

— Собирайтесь! — повторил он, но уже без прежней уверенности. — Тут для тебя, Костя, еще одна, более серьезная статья корячится. Потяжелее убийства будет. Утаивание находки государственной важности. Присвоение социалистической собственности в особо крупных… нет, в невообразимо крупных размерах! Это расстрел однозначно! За этот челнок я тебе ничем помочь не смогу. Этим КГБ будет заниматься. Тут ты влип по полной, да и вы все ребята, как соучастники. Если насчет этих бандитов еще были варианты, то тут вариантов просто нет.

Он замолчал на мгновение, и я увидел, как в его мозгу проворачиваются тяжелые шестерни.

— Хотя… — майор прищурился. — Может, чекисты и помогут твоему другу избежать вышки за убийство и сроков девчонкам за соучастие, если ты всё расскажешь добровольно. Они ведь вас сразу к себе заберут. И все материалы дела у меня изымут, это к бабке не ходи — точно изымут — хохотнул Остапов, и тут же как-то странно обмяк после этих слов. Он словно только сейчас осознал масштаб того, во что вляпался сам, будучи простым районным опером.

— Я как-то упустил про этот… корабль, насколько он важен для государства — пробормотал он, обращаясь скорее к самому себе. — По сравнению с этой штукой жизни бандитов, которых вы грохнули, ничего не стоят. Это уже совсем другая ситуация…

Он резко обернулся к своим людям: водителю-рядовому, эксперту Алексею и кинологу, который до этого молча стоял у входа.

— Товарищи! Еще раз предупреждаю! — голос майора снова набрал стальную силу. — Рассказывать об этой находке нельзя никому! Ни женам, ни любовницам, ни в очереди за колбасой. Я сейчас же свяжусь по рации с райотделом КГБ, вызову их сюда. С вас всех возьмут подписку о неразглашении. И не дай бог хоть слово просочится… Нас за это всех пересажают!

— Это еще неизвестно, Николай Михайлович, кто из нас сильнее вляпался, — я почувствовал, как во мне просыпается мстительная радость. — В КГБ сообщите, говорите? О, они сразу приедут. Чихнуть не успеете — они на вертолетах прилетят сюда. Только вы зря думаете, что сдадите нас им и пойдете домой дырочку под орден ковырять — я мстительно улыбнулся.

Майор замер, его лицо вытянулось.

— Мы вместе с вами сидеть будем, товарищ майор! — я сделал шаг к нему, переходя на ядовитый шепот. — В одной камере. Или в одном «закрытом» НИИ, в разных камерах, поскольку мы-то можем кое-то рассказать о челноке, а вас будут держать просто потому, чтобы информация о челноке от вас не утекла. Ну это будет не обычная тюрьма, это будет «золотая клетка». Знаете, что это такое?

Я обернулся к остальным милиционерам. Рядовой-водитель бледнел на глазах.

— И вы, товарищи, готовьтесь. Нас всех отсюда не выпустят лет пять, не меньше. Пока каждый винтик в этом челноке не пронумеруют, пока ваши мозги не вывернут на изнанку, проверяя на лояльность. А потом — пожизненное поселение в каком-нибудь номерном городке без права переписки. Представляете, если наши стратегические бомбардировщики на антиграв поставить? На таких двигателях, на которых эта крошка летает? Они же через космос, через вакуум, смогут до Вашингтона за десять минут долетать! За такую тайну людей не просто сажают — их просто стирают из истории.