— Тсс!..
Кажется, магесса «призвала» кого-то не того. Абсолютной уверенности, что у нас гости, не было, но после звука скрипнувшей двери послышалось нехорошее шевеление внизу. Входная дверь… Я обычно не запирал ее на ночь — подобные мелочи висели на Марфе Егоровне, но Марфа ушла на ночь к себе, а значит, дверным замком сегодня никто не командовал.
— Хетайла идет! — прошептала мне в ответ Самсонова. — Хетайла, Саша!
— Хрена с два. Это не Ириэль, — едва слышно произнес я, все больше утверждаясь, что внизу кто-то есть.
Ясно, что не Ириэль. Только вот кто? В такое время добрые люди без приглашения в чужой дом не заходят.
— Стой здесь. Нет, в угол давай, к шифоньеру, — распорядился я. — Посмотрю, кто там.
Я указал магессе на темную часть комнаты. Мысли в голову полезли самые хреновые, ведь «доброжелателей» у меня набралось много. Поболее, чем в прошлой жизни в Перми. Вполне могли пожаловать и люди барона Карпина — говорят, он в тесной связи со всякой сволотой; могла и нагрянуть братва от Малевича; и хреновы визитеры от купцов Собачеевых, очень злых за сегодняшнее, так же очень даже могли.
На мое требование отойти подальше, в темноту, Чайка не отреагировала — так и стояла в круге жидкого света, я, выжидательно глядя на приоткрытую дверь.
— Лара, иди в угол! — сердито настоял я, мой шепот стал громче, чем того бы хотелось. — В угол, бля!
— Ты мне не магистр! Без тебя разберусь! — отозвалась магесса и начала что-то кастовать, сложив вместе ладони и беззвучно шевеля губами.
— Ну и дура, — я едва сдержался, чтобы не выматериться, но спорить с ней не стал и тихо двинулся к двери.
С каждым острожным шагом уверенность, что в доме кто-то есть, нарастала.
Причем этот «кто-то» не один. Внизу как минимум два или три ночных гостя, и они стараются не издавать звуков, крадутся как кошки, что тоже не очень приятный знак. Визитеры вполне могут быть вооружены не только холодняком, но и пистолетами или обрезами. Если предстоит стычка с каким-то уебком с ножом, то я справлюсь без проблем. И двоих положу, если они не слишком натасканы в боевых навыках. А вот если они с огнестрельным оружием, тогда все намного хуже. Тут самое время вспомнить не только о силе кулаков, растяжке и ловкости ног, но и о том, что теперь я маг милостью Весериуса. Плохонький, наверное, маг, но уж какой есть. И очень похоже, что навыки, подаренные мне призраком, придется сегодня испытать по-серьезному.
Я их тренировал с немалым усердием. Однако несколько дней прокачки вряд ли можно считать серьезной базой для боевого мага. С другой стороны, сам Весер признал, что я уникальный перец — схватываю быстро, и процессы во мне идут не так, как в других. Только бы сейчас свою уникальность не слить в одном шумном выбросе «Грома Титанов» — ведь потом останусь совсем безоружным.
Все эти мысли пронеслись в голове за секунду. Я замер, касаясь носком ноги дверной створки, прислушиваясь. Пока лишь слышал дыхание Чайки за спиной. Хотел заставить ее вернуться, спрятать тощий зад в темном конце комнаты, но поднимать шум сейчас стало бы неразумным. Я лишь обернулся и показал ей кулак, за что поймал отблеск сердитого несогласия в глазах магессы. Упрямая сучка, еще не понимающая, каких опасных сюрпризов полна жизнь. Неудивительно, что отгребла по башке в темном переулке. Ладно, я предупреждал, как мог. Теперь пусть Весер занимается ее воспитанием, а мне нужно приложить руки к воспитанию незваных гостей внизу.
Уж из немалого опыта на ринге знаю: самое главное, первоочередное — это обеспечение надежной защиты. Поскольку надежной у меня не водилось, я, еще не выходя из комнаты, активировал «Камнекожу». Из точки за спиной пошел поток, теплый, похожий на дуновение ветра. Почти мгновенно в области солнечного сплетения родился вихрь, пока еще неторопливый, но набирающий ход. Таившуюся в нем силу я бережно направил по тонким энергоканалам, чувствуя, как она разлилась по поверхности тела. Даже волосы встали дыбом, и не только на голове. «Камнекожа» — хрень несколько неудобная: накатило ощущение, словно я надел тяжелую одежду, плотную, сковывающую движения. В воздухе вокруг меня появилось слабое свечение. Днем его практически не видно, но сейчас в полумраке я светился примерно как призрак-Весериус.
— Магический щит? — спросила Чайка, стоявшая за моей спиной и порывавшаяся выйти первой в коридор.
— Ни слова! — я обернулся. Поднял палец, призывая ее к тишине, прислушиваясь.
Кажется, кто-то тихо поднимался по лестнице…
Нет, показалось. Звуки снизу были слишком тихие: то скрип половицы, то шорох одежды или чего-то похожего, то невнятный шепот. Сложно определить, откуда именно эти звуки доносились. Вероятнее всего, со стороны столовой. На кухне я не выключил свет и, возможно, освещенное помещение привлекло хреновых визитеров в первую очередь. Это как бы логично: прежде, чем подняться на второй этаж, они собирались зачистить низ. Как же хорошо, что я отправил Марфу домой. Иначе судьба ее могла бы оказаться менее определенной, а у меня — появиться лишние сложности.
Поскольку каждая минута удержания «Камнекожи» капля за каплей забирала магический ресурс, ждать долго я не мог. Мне следовало либо свернуть защитный спелл, либо действовать. И встретить ночных гостей разумнее не в своей комнате, а когда они будут подниматься по лестнице.
Почти бесшумно я двинулся по коридору и, начав активировать «Гром Титанов», через десяток шагов обнаружил, что Чайка уже не держится у меня за спиной, а крадется рядом. Вокруг ее ладоней мерцало бледно-голубое свечение. От него повеяло холодом.
— Если там твои враги, всех заморожу! — шелестящим шепотом произнесла она.
Вот же неугомонная сучка! Я не мог тратить больше на нее внимание и нервы, и без того напряженные. Чувствуя, что внизу лестницы кто-то есть, я осторожно выглянул. Выглянул и…
Надо же случиться такой оказии: в этот самый момент какой-то пидор, крадущийся по лестнице, смотрел в то самое место, где появилась моя голова!
Он был освещен тусклым блеском селенитового светильника: высокий, нескладный, с черными волосами до плеч, и столь же черными глазами, похожими на битум. Поскольку свет кристалла за стеклом не обошел мою физиономию, меня он тоже увидел. На секунду наши глаза встретились. У пидорка даже брови стрельнули вверх от неожиданности.
Глянув на него, я успел заметить, что на первых ступенях лестницы обозначился еще один, в кожаной жилетке, что были в моде среди братвы. Кажется, еще кто-то замер у входной двери. И кто-то еще справа со стороны столовой. Твою мать, прямо-таки ночное нашествие гандонов!
Опасаясь поймать пулю лбом, я тут же убрал голову, и снизу донеслось:
— Эй, Рублик, ты что ли? Чего притаился? К нам давай!