Путь Строителя 13: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— К вечеру уже лить будем, может раньше! — отчитался Уль вместо приветствия, не отрываясь от дощечки, на которой вычеркивал одному ему понятные закорючки.

— Красота, — одобрил я. — Смотри только, чтоб щиты не разъехались, распорок не жалей.

— Обижаешь, — хмыкнул он и тут же рявкнул на работягу, который вздумал взять слишком толстую арматуру и уже вбивал ее молотком в подушку.

Лепщики тоже подтянулись, и у навеса случилась первая утренняя драма. Старший обнаружил, что ряды сырца за ночь переехали, а на освободившемся месте поселились булыжники, и молча вопросил меня взглядом.

— Ночная оптимизация, — пояснил я. — Кирпичу у дальнего края даже лучше, тень дольше держится.

— А камни это… зачем? — осторожно уточнил он.

— А камни это будущее.

Мужик на всякий случай кивнул и вопросов больше не задавал. Уважаю таких людей, с ними как-то даже приятнее строить будущее. Чуть позже я слышал, как он вполголоса инструктировал молодых, к камням не подходить, а если мастер за ночь опять что-то переложит, не спорить и работать с тем, что осталось.

Дагна тоже проснулась рано, со стороны кузни сперва потянуло дымком, а вскоре загрохотал и молот, река опять отдувалась за молотобойца. Легла она, судя по вчерашнему, позже всех в деревне, встала раньше всех, и усталости в этом громе не слышалось ни капли, сплошное счастье кузнечного масштаба. И как раз когда я проходил мимо, к наковальне подошел взмокший краснолицый мужик с обломанными вилами.

— Дагнушка, можешь починить, а? Пожалуйста! — взмолился он и протянул ей свое добро. — Ну никак не успеваю уже, а работы только больше и больше!

— Конечно починю, это я быстро! — улыбнулась она, в два движения сняла вилы с черенка и отправила железо в горн. — Минутное дело!

Я подошел ближе, глянул на обломанные зубья и даже немного удивился.

— А ты как отломать-то умудрился? Инструмент Дагны обычно не ломается.

— Тю! Дело-то десятое, — отмахнулся мужик. — Я знаешь сколько камыша этого твоего ворошу за день? Мы там втроем пашем от рассвета до заката, а ворошить надо постоянно! И куда тебе столько, знать бы еще…

— Камыша? — я завис на пару секунд. — Мне?

А ведь точно, сам же просил Сурика организовать сбор и сушку, мол, нужен весь камыш, какой только получится найти и достать. Но это же когда было! Я с тех пор успел эту просьбу три раза забыть и пару раз вспомнить, причем оба раза не всерьез.

— А ты будто и не знаешь! — мужик покосился на меня с подозрением. — Староста, вон, приказал как можно больше заготовить и поторапливаться, вот мы и горбатимся!

— А складываете вы его где?

— Ну так вон там, на полянке. — он махнул куда-то на восток, — Тут места столько нет, а для сушки солнце надобно, вот там нам и выделили место.

Дагна уже раздула угли и в наш разговор не вмешивалась, у нее свой ритм. Так что вилы я оставил ей, а мужика забрал себе в проводники, пусть покажет, что там у них за полянка.

Шли минут десять, вдоль частокола и дальше по реке, и по дороге проводник вывалил на меня все свежие деревенские новости. Ночью, оказывается, гремело, да так, что полдеревни попряталось под одеяла, и Мульб уже божится, что лично видел, как с ясного неба ударила молния, а в молнии мелькнул хвост.

Чей хвост, выяснить не удалось, слушатели у Мульба закончились раньше. Запасная версия гласила, что это у кузни сорвался с привязи молот и ускакал в поле, и ее народ считал правдоподобнее, молот хотя бы все видели. Я поддакивал и сочувственно качал головой, грохотало ведь и правда безобразно, кому и знать, как не мне.

Чуть дальше тропа обогнула загон, и бараны дружно повернули головы нам вслед, не переставая работать челюстями. Ближний, кажется, улыбнулся, и я вежливо кивнул в ответ, с этими ребятами лучше поддерживать добрые отношения. Проводник мой, наоборот, прибавил шагу и в сторону загона старался даже не смотреть, видимо, с ними у него какие-то свои счеты, может камыш воровали, не знаю.

А потом мы вышли к полянке, и разговоры у меня кончились сами собой. Полянкой это место можно называть с большой натяжкой, целое поле, и куда ни кинь взгляд — везде камыш. Снопы стояли шалашиками и лежали рядами на жердях, и большая часть уже успела подсохнуть, стебли на пробу шуршали и ломались с правильным хрустом. Двое мужиков на дальнем краю неторопливо переворачивали ряды, и стало понятно, чем тут ломают вилы, работы на этом поле хватит и на шесть рук, и на дюжину.

— Вот, полюбуйся, — проводник повел рукой с гордостью, будто лично вырастил каждый стебель. — Козы повадились было, так мы плетень поставили. Теперь только птицы шуршат, ну и мыши, куда без них.

— Молодцы, — искренне похвалил я. — Ты даже не представляешь, насколько молодцы.

Мужик приосанился, но уточнять, за что именно, благоразумно не стал.

Резали, судя по всему, везде, где камыш вообще рос, река избавилась от зарослей чуть ли не на километр, а я, гуляя вдоль берега, даже не придавал этому значения. Теперь вот придал.

Зачем мне камыш? Как минимум для собственного дома, а как максимум для многоквартирного. Стебель полый, воздух внутри держит тепло лучше любого утеплителя, а дальше дело нехитрое, сечка мешается с раствором и формуется в блоки. Стена из таких выходит теплой, а обходится почти даром, только облицуй от влаги, и живи хоть сто лет. На своем доме обкатаю технологию, вылезут детские болячки, подлечу, а потом пустим блоки в массовое производство, на дом над складом их понадобятся горы.

Думал я об этом еще неделю или две назад, точно уже и не вспомню, а деревня тем временем взяла и сделала все за меня, староста распорядился, а мужики с солнцем довели дело до ума. В голове уже собиралась картинка, сечку рубить можно прямо здесь, на месте, нечего таскать стебли туда-сюда. Формы Ольд настрогает за день, а замес потянут те же мужики, что месят бетон на фундаменте, им такое не впервой. Осталось самое приятное, и вот теперь можно заняться организацией нового производства!