Пару раз мы все же выбирались в Санкт-Петербург, но у нее находились веские причины с нами не видеться. А на свадьбу вот приехала. И даже решила, что у нее есть право читать мне нотации по поводу организации своего ФИО.
— Простите, мы спешим.
Тетушка порывалась продолжить беседу, но мы не стали слушать ее очередные «мудрости» и быстро вышли.
Кирилл ждал у входа в зал.
Едва мы сели за стол, как нас тут же заставили подняться. Владислав, может, и справлялся без еды сутками, нахваливая юбиляров и желая счастья молодым, но мне хотелось ухватить хотя бы тарталетку, а не стоять перед накрытым столом. Послушать его мы вполне могли бы и сидя, но нет. Завел мутотень про любовную лодку, в которой мы теперь гребем вместе и пересечем океаны невзгод и прочей банальщины.
Выражение лица и тон, с которым он вещал, говорили о том, что этот тост — тоже одна из папиных идей. Отец смотрел на меня умильным взглядом, и я в ответ благодарственно улыбнулась.
— Так выпьем же за молодых и пожелаем, чтобы все преграды на пути они с легкостью преодолевали вместе.
Раздались хлопки, и шампанское полилось по фужерам.
В нашу пару, наряженную в мини-костюмчики жениха и невесты (кто бы сомневался, что все будет именно так), разливали из особой бутылки, названия которого я раньше и не встречала.
Я сделала глоток и с наслаждением сунула в рот виноградину. Да, в любой другой ситуации я бы наслаждалась моментом, но сейчас эйфории от происходящего я не испытывала. Я вам — обязательную программу, вы мне вкусненькое на тарелку и хоть на время оставьте в покое.
— Горько! — дядечка в бархате вновь выступил с инициативой публичного интима.
На этот раз народ в зале был с ним единогласен, и со всех сторон зазвучали призывы немедленного поцелуя молодых.
Я отложила бутерброд с икрой, который уже проделал полпути к моему рту, дожевала виноградину и сделала еще один глоток шампанского.
Но и после него не нашла в себе сил повернуться к Кириллу. Так и стояла в ступоре, разглядывая выбитые узоры на скатерти. Естественно, это тоже были сердечки.
Прямо сейчас мне придется поцеловать мужчину, которого я знала всего несколько часов. Причем делать это я буду публично, под прицелом пристальных взглядов самых близких людей.
Кто он? Почему вдруг появился в моей жизни? С чего вдруг решил прийти мне на помощь? Мы что, на самом деле будем целоваться?
Кирилл промокнул губы салфеткой, обнял меня за талию, прижал ближе к себе, заглянул в глаза и прошептал:
— Все хорошо. Все будет хорошо. Просто расслабься.
И я расслабилась…
Глава 15. И денег побольше!
Я не помню, сколько длился наш первый поцелуй. Мимолетное чмоканье после ритуального каравая в расчет не беру, так что первый происходил прямо сейчас.
Я по-глупому растерялась и сжала губы. Кирилл прикоснулся к ним, понял, что я все же напряжена и не готова отвечать, мягко провел ладонью по затылку и потянул за краешек фаты. Теперь мы были скрыты от посторонних глаз, хотя неловкость отступила не сразу.
— Может, обнимешь меня за талию? — Ухо обдало жарким шепотом.
Я поняла, что стою с опущенными руками и просто жду, что со мной сделают дальше. Прикоснулась к его торсу и ощутила под рубашкой накачанные мышцы.
Кирилл медленно провел языком по моим губам, скользнул им внутрь и сразу же вынырнул, как будто поддразнивая меня. Мгновение спустя он снова ласкал меня, двигаясь ритмично, то проникая глубоко, так, что наши языки сплетались, то касаясь только губ.
Это было настолько мягко, приятно, нежно и горячо, что я наконец почувствовала расслабление и стала потихоньку ему отвечать.
Гости хором досчитали то ли до двадцати, то ли до ста двадцати. Я не удивилась бы и этой цифре. Казалось, что наш поцелуй длился вечность.
Невольно вспомнила, как это происходило с Антоном. Целоваться ему не нравилось. По какой-то причине он считал это занятие "девочковым". Не смысле, что им должны заниматься девочки с представительницами своего пола. А в том, что суровые мужики, к коим он себя хотел относить, но по разным параметрам не дотягивал, такой ерундой не занимаются.
Поэтому мы обходились несколькими короткими поцелуями, чаще всего просто касаясь губами друг друга. А мне хотелось страсти, бури эмоций, когда в этом процессе участвуют не просто губы и языки, но и души.
Что-то подобное я ощутила сейчас с Кириллом, и меня это не столько обрадовало, сколько напугало. Он случайный человек в моей жизни. Случайный! Просто вызвался мне помогать, и уже вечером его не будет рядом со мной.