— Я молчать не стану! — повторила мама мои мысли. — Значит, Кирилл?
— Да.
Вместо прощания мама глубоко вздохнула, что на ее языке означало — разговор еще не окончен, но сказать ей больше нечего.
Что ж, три неприятные лягушки были съедены. Можно приступать к наслаждению жизнью!
Глава 11. Сказка начинается
Следующие четыре часа моей жизни были настоящей сказкой.
Я никогда раньше не была на профессиональной фотосессии, и даже не представляла, насколько это невероятные ощущения — хоть недолго, но побыть моделью.
Набережную как локацию Варя отмела категорично.
— Толпы народа, вечно в кадр лезет какой-нибудь придурок, который решил, что это верх крутизны — скорчить рожу на чужой фотке. А мне из-за него потом нормальные кадры браковать.
Так что начать мы решили с официальщины.
В театре оперы и балета было тихо, темно и безлюдно.
— Не разнюхали еще про это местечко наши фотохрюши.
— Варь, опять ты со своим лексиконом! — Кирилл строго взглянул на сестру, а та в ответ закатила глаза.
— Фотохрюши? — Переспросила Ленка.
— Ну да, фотографы, которые вместо чего-то творческого и оригинального лепят шаблонную чушь. Но самая главная их проблема, что любое клевое место они в момент превращают в свинарник — своими тупыми фотками.
— Почему свинарник-то? Не понимаю... — Ленка облюбовала зеркало в фойе и принимала перед ним разные позы.
— Ну вот смотри. Мы сейчас сделаем здесь несколько кадров, стандартных: парочка улыбается в кадр, чтобы порадовать дедулю с бабулей, жених вожделенно смотрит на невесту, так, чтобы у подружек от зависти накладные космы отвалились. А потом сюда придут инстателочки и будут в этот антураж с претензией на элитность впихивать свои утиные морды.
На последней фразе Ленка, которая как раз стояла, чуть наклонившись вперед, и вытягивала губы уточкой, вздрогнула и резко выпрямилась.
Всегда бойкая и говорливая, она с придыханием относилась к профессионалам своего дела. И то, что она не спорила и не огрызалась с Варей, говорило лишь о том, что она признала в ней профи.
Пока Варя поясняла тонкости своей работы, Кирилл куда-то исчез и появился с тетушкой, закутанной в платок, хотя на улице и в помещении было достаточно тепло.
Оказалось, что тетушка в данный момент была в театре за главную, заведовала светом и, вероятно, имела право вершить судьбы желающих запечатлеть свои физиономии в этом свежем красивом помещении.
— Стопудово забашлял, — шепнула мне подруга, когда помогала уложить фату. — Как думаешь, сколько?
Мне было все равно, поэтому я неопределенно пожала плечами. Главное, что нас пустили и у нас будут кадры счастливой парочки, которые можно будет предъявить дотошным гостям под видом загсовских.
Тетушка услужливо включала и выключала свет по требованиям Вари, а та хихикала и просила ее снова и снова бегать к выключателям.
— Может, хватит издеваться? — мягко, но с нажимом сказал Кирилл. Варя отмахнулась фразой "пусть отрабатывает" и снова отправила тетушку включать свет.
Мы стояли на фоне мозаичного панно и по задумке фотографа должны были взглядами показать, насколько сильно влюблены друг в друга.
Левой рукой Кирилл обнимал меня за талию, а правой дотронулся до щеки.
— Замри! — крикнула Варя так резко, что я непроизвольно дернулась. Кирилл притянул меня ближе, а затем несколько раз провел ладонью вверх вниз по спине.
Я боялась поднять взгляд, боялась заглянуть в его каштановые глаза и утонуть в них.
Это все временно, сказка, которая закончится сегодня вечером, наваждение, которое не должно овладеть мной.