Вскоре вернулся профессор Тауз, бережно неся в руках стеклянный колпак, под которым была прекрасная белоснежная лилия.
Он подошёл к Энни и, открыв стеклянный колпак, протянул лилию со словами:
― Возьми аккуратно её в руки и положи на ладошку, а вы мистер Эстис, создайте каплю воды из озера Мерибур и капните в центр цветка.
«Русалка» смотрела на цветок, как завороженная. Аккуратно взяла его и устроила на своих ладошках, в это время я подошел к ней и, протянув руку, потёр на запястье специальную руну, призывая воду из озера. На ладошке стали появляться капли воды. Я сжал руку в кулак и пару капель капнули в центр цветка.
Стоило мне отойти, как профессор Тауз, начал шептать слова на древнем языке из фолианта, который завис прямо перед ним.
Девушка стояла и завороженно смотрела на цветок, не отрывая взгляда, будто уже в этот момент и не боялась совершенно ничего.
Как только артефактор закончил произносить слова, белоснежная лилия в руках Энни, вспыхнула и от неё пошли блики и витиеватые магические линии, формирующиеся в разные узоры, а затем сам цветок стал переливаться всеми цветами радуги, которые соответствовали цвету магии стихий.
На наших лицах в один миг нарисовалось удивление, ведь такого не происходило более десяти веков, если не больше.
А Энни, так и не отрывала взгляда от цветка, улыбалась. Она не понимает, что в данный момент произошло. Со стороны, это было очень красиво. Когда действо цветка закончилось, артефактор забрал цветок и поместил его обратно под стеклянный колпак.
― Господа, ― начал док, ― я думаю, мы с вами понимаем, что о даре девочки, нужно молчать и срочно начать обучение.
Я нахмурился. «Вот не сдержанный же какой, зачем пугает „русалку“? Вон уже, как насупилась! Вот точно нерпа безмозглая, она и так переживает!»
Я тут же подбежал к ней, обнимая за плечи. Чтобы не произошло не поправимое, ведь не понятно насколько она сильна.
Начал поглаживать её, пытаясь успокоить. А то ещё случиться неконтролируемый выброс магии. Энни прижималась ко мне, ища защиты. Чувствовал, как её тело пробивает мелкая дрожь.
― И что всё это означает? ― спросила «русалка» осипшим голосом.
Её состояние мне всё меньше нравилось, не стоило вот сразу на неё всё вываливать и пугать.
― Энни, деточка, ― произнёс мистер Тауз, ― ты не бойся, поступишь в Академию и научишься управлять магией. Помнишь, как тебе понравились витиеватые узоры, что окутали цветок и твои руки?
Она кивнула в знак согласия.
― Так вот, ― продолжил объяснять артефактор, ― это говорит о том, что у тебя необыкновенная сила, и пока она только растёт, так, что вы вовремя пришли.
― И кто я такая теперь?
― У тебя магия ведьмы, но необычной, особенной, и пока ты не набрала силу, лучше, что бы об этом знало, как можно меньше личностей.
― Ве… ве…ведьма? ― спросила, округлив глаза, а я взвыл, закатывая свои к потолку.
«Точно воблы безмозглые, вот как сейчас выпустит поток неконтролируемой ведьмовской силы, разнеся это место в пыль, будут занять».
― Господа хорошие, давайте дадим Энни, немного передохнуть и подышать свежим воздухом. Я потом сам всё объясню.
Взяв под руку одеревеневшую «русалочку», точнее теперь ведьмочку, подтолкнул её в сторону выхода. Вдогонку услышал, как док, просил на днях обратиться к ректору, потому что, это важно. Типа я и без него об этом не знал, тоже мне всезнайка.
Двери Грандарного зала с грохотом захлопнулись, ограждая нас от очередной порции наставлении доктора Вокса.
Энни была очень тихой, шла с каменным лицом, не выражающее никаких эмоций. Меня это беспокоило, поэтому я решил отвести её на наше место, к озеру и попытаться объяснить её на плавниках, как всё устроено.
Девушка очнулась, когда я усадил её на берегу озера, похлопав глазками, непонимающе уставилась на меня.
― Всё хорошо, мы просто пришли к озеру.
― А, как мы сюда попали?
― Просто дошли, ничего сверхъестественного.