Росомаха на миг замерла.
Этого момента хватило, чтобы я дошёл до неё и положил руку на массивную голову.
Мир взорвался воспоминаниями.
Тайга. Запах крови и гниющей плоти. Жуткая тварь с резиновой кожей и кислотными потоками вместо крови. Старик сражается с ней, получает смертельное отравление…
А потом — тот же запах. Точно такой же.
Мой запах!
От тёмной эссенции в ядре. От силы, которую я получил, поглотив Осколок порченого сердца.
Та же вонь! Та же мерзость! — взревел Старик в моём сознании. — КТО ТЫ⁈
Ч-что? Как это возможно?
Он узнал «вкус» моей тьмы! Она была идентична яду мутанта, который отравил его территорию и чуть не убил его самого. Для росомахи это личный враг!
Чёрт возьми. Эрика! Росомаха убила одну из тварей, которую показывал Григор?
— Старик… — прошептал я.
Сдохну здесь, но убью заразу! — новый ментальный посыл.
Я ухватился за массивную голову обеими руками, чувствуя, как дрожат мышцы под густой шерстью.
— Ты не понял, СТАРИК! Это не то, о чём я просил тебя! Моя битва снаружи, не здесь!
Твоя битва… Не здесь?
— Нет, старый ты увалень! Я принял эту мерзость. Она помогает мне выживать там, где других способов нет! Ты должен будешь контролировать меня снаружи, но точно не здесь!
Старик растерянно моргнул.
— Хватит сидеть в этой дыре, — отрезал я. — Мне нужно, чтобы ты показал мне место, где убил ту тварь.
Старик замер, всё ещё держа оборону против наползающих волн тьмы.
— Нужно разобраться, что делает Эрика, раз там такая же аура. Помоги мне!
Росомаха фыркнула и отмахнулась от очередной атаки.
Нет!
Бесполезно. Он просто не понимает, что она будет вечно жить здесь, и только Режиссёр может постепенно вычищать эту мерзость.
— Дедуля, послушай…
Новый поток образов.
Гадость, гадость, ГАДОСТЬ!
Вот ведь баран. Силой не заставишь — росомаха слишком упёрта. Авторитетом вожака тоже не продавишь, если он считает, что защищает от смертельной угрозы.
Он будто погряз в этой битве, и больше уже ничего не понимал.
И тут в него врезалась Актриса.