— Я? Но… но у меня уже есть Тина, и я не знаю, как…
— Этот пёс не боевой, — перебил я его сомнения. — Водный волкодав. Умная порода, отлично чувствует людей. Будет охранять тебя и Нику. А главное — будет предан до смерти, если с ним хорошо обращаться. Я научу, не переживай.
Мика посмотрел на пса, который в ответ тихо гавкнул и дрогнул хвостом. Робкая надежда.
— Он… он хочет со мной? — недоверчиво спросил лекарь.
— Он же машет хвостом… Можно сказать, почти улыбается. Попробуй, — ответил я и отступил на шаг, освобождая место. — Пора бы становиться звероловом.
Мика медленно присел на корточки и протянул руку ладонью вверх. Пёс осторожно подошёл, принюхался и лизнул кончики пальцев влажным языком.
— Привет, парень, — тихо сказал Мика. В его голосе зазвучала та же нежность, с которой он говорил со своей жабой. — Меня зовут Мика. А тебя как звать будем?
Волкодав заскулил и прижался мордой к его ладони.
В этот момент моя стая решила поддержать новичка.
Красавчик первым соскочил с плеча и осторожно подбежал к псу. Горностай внимательно обнюхал дрожащего волкодава, но вместо обычных насмешливых писков издал тихое утешающее мурчание. Затем встал на задние лапки и нежно лизнул морду пса, словно успокаивая напуганного детёныша.
Пёс благодарно заскулил, а напряжение в его мышцах немного спало.
Афина наклонила массивную голову и обдала волкодава тёплым дыханием, затем осторожно лизнула в макушку — материнский жест защиты. Её поза говорила: теперь ты под нашей опекой, малыш.
— Что происходит? — удивлённо спросил Стёпка.
— Они… утешают его, — ошарашенно протянул Барут. — Макс, насколько воспитаны твои звери? Я впервые такое вижу.
— Ничто человеческое им не чуждо, парни. Порой они видят и знают больше простых людей… — задумчиво ответил я, наблюдая за Карцем.
Лис долго изучал рубцы на синеватой шерсти пса, и в его глазах полыхнула ярость к тому, кто причинил эти страдания. Затем осторожно коснулся носом носа волкодава — прикосновение Огня и Воды. В жесте лиса читалось обещание: больше тебя никто не тронет.
— Как назовём? — спросил Мика, осторожно поглаживая пса по загривку.
— Твой зверь — твоё право, — ответил я.
— Брут, — решил лекарь после недолгого размышления. — Будешь Брутом. Согласен?
Пёс поскулил и отвернул морду, явно недовольный выбором.
— Хм… Тогда Мясник? — попробовал Мика. — Или Гроза?
Волкодав ещё больше прижал уши и едва не спрятался за мою ногу.
— Мика, — хмыкнул Барут, — ты просто перебираешь варианты. Хотя бы подумай, а не пытайся назвать пса почти моим именем. Обидно вообще-то, ха-ха!
Лекарь смутился и закрыл глаза, сосредотачиваясь на зарождающейся ментальной связи.
Через минуту Мика открыл глаза, и на его лице расцвела настоящая улыбка.
— Получилось, — прошептал он. — Я приручил. Но как назвать? Не понимаю.
— Дай имя псу, подумай, что у тебя на душе! — не выдержал Стёпа. — Чего ты мямлишь!
— К себе прислушайся, — добавил я. — Чему ты рад? Какое слово всплывает в голове? Оно уже проскользнуло, это точно.
Мика закрыл глаза на несколько секунд, потом посмотрел на пса и тихо произнёс:
— У него сердце бьётся… неровно. И шрам на боку как шов.