Лунный пырей осветлил жидкость, сделав её серебристой, переливающейся. Теперь в котелке плескалось нечто, похожее на жидкий металл, который мерцал собственным светом.
Морозная мята добавила последний штрих — едва забросил её в котёл, как отвар покрылся тонкой корочкой льда, которая мгновенно растаяла.
И последнее — смола Древа Памяти.
Поднёс над котелком, помедлил мгновение — после этого пути назад не будет.
Едва первая капля коснулась поверхности отвара, всё изменилось.
Жидкость взорвалась светом — ярким, ослепляющим, заполнившим всю избу. Я зажмурился, но свет пробивался даже сквозь веки. Он пульсировал, то усиливаясь до нестерпимого сияния, то слабея до мягкого мерцания.
Когда реакция поутихла, я осторожно открыл глаза, моргая и пытаясь привыкнуть к обычному свету. В котелке бурлила густая субстанция цвета расплавленного золота с красными и серебристыми прожилками, которые медленно переплетались друг с другом в гипнотическом танце.
Я перелил отвар в кружку. Жидкость лилась тяжело, вязко, оставляя на стенках светящиеся следы. Поднёс к губам, вдыхая аромат, от которого голова шла кругом — это было концентрированное и чистое дыхание самой магии.
Жидкость была горячей, но не обжигающей — словно её температура идеально подходила для моего организма, настраиваясь под него. При первом глотке во рту взорвался фейерверк вкусов — сладость мёда и горечь полыни, жар пряностей и холод льда, металлический привкус серебра и земляной оттенок древних корней.
Я почувствовал, как жидкость растекается по пищеводу тёплой волной.
Сделал второй глоток, а затем сразу же выпил залпом, как и требовал «Звериный Кодекс».
И мир взорвался.
Огонь пронёсся по венам, как расплавленный металл. Каждая клетка моего тела вспыхнула болью и одновременно — невероятной энергией. Я почувствовал, как что-то ломается внутри, перестраивается, создаётся заново.
Татуировки на руках ярко полыхнули. Красные узоры начали изменяться, становиться сложнее, прорастать новым, едва заметным завитком.
Но главные изменения происходили глубже.
В центре солнечного сплетения формировалось нечто новое — плотный сгусток энергии, который пульсировал в такт сердцебиению. Каждый удар отдавался волнами силы по всему телу.
Видения хлынули потоком. Я увидел древние леса, ещё не тронутые Расколом, где бродили обычные звери. Увидел момент катастрофы — как небо разорвалось пополам, выплеснув в мир океаны магической энергии. Увидел, как эта энергия меняла всё живое, превращая обычных животных в магических существ. Древо Памяти…
В центре груди Потоковое ядро завершило формирование, и я закашлялся. Внутри будто вырос новый орган, который вступал в связь с организмом.
Получен уровень 11.
Я попытался встать, но ноги подкосились. Из меня выжало все силы. Кое-как добрался до кровати и рухнул на неё.
Проснулся от крика.
От настоящего, первобытного воя ужаса, который разорвал тишину ночи как раскалённый клинок, пронзив темноту леса с такой силой, что я подскочил на постели, мгновенно сбросив остатки сна.
Сердце забилось как бешеное, отзываясь на чужую панику. В груди Потоковое ядро дрогнуло, откликаясь на резкий всплеск адреналина.
В этом крике была такая безысходность, такое отчаяние, что кровь стыла в жилах.
Красавчик замер на подоконнике в неестественно напряжённой позе, его маленькое тельце превратилось в сгусток собранной энергии. Остроконечные уши торчали как антенны, ловя каждый звук в ночной тишине.