— Не скажу! — всхлипнула, не удержавшись.
— Всё, дочь, иди. Завтра в путь, — он встал, отошёл к окну, давая понять, что разговор закончен.
Я вскочила, кинулась к нему, хватая за рукав.
— Папенька, прошу тебя! Я же другого люблю, не буду я счастлива в этом браке!
Он даже не повернулся.
— Иди к себе и готовься, — глухо произнёс. — Всё уже решено.
«Бесполезно его просить» — эта мысль проскочила в голове, вбивая последний гвоздь в осознание реальности. Я пошатнулась, схватилась за угол стола. Перед глазами всё плыло, слёзы стекали по щекам. Медленно вышла из кабинета, тихо прикрыла дверь. И осела на пол, закрывая рот обеими руками, сдерживая рыдания. Всё кончено. Шансов на счастье у меня не осталось.
Глава 2
Ночь прошла в слезах, пока служанки суетились и укладывали чемоданы. Мыслить о побеге я даже не стала, иначе родители просто не расплатятся за нарушение договора.
К утру у меня не осталось никаких эмоций. Абсолютно равнодушно я смотрела в стену, пока служанки меня умывали и собирали. Так же бездумно ткнула пальцем на первую попавшуюся горничную, которая поедет со мной. Мне было всё равно, кто это будет.
— Дочь, напиши, как доберёшься, устроишься, — мама со слезами на глазах обняла меня. Я молча кивнула, даже не поняв, что она попросила. В голове был полный вакуум. Мне не было интересно, куда я поеду, сколько будем в дороге, кто меня встретит там, на новом месте. Да и какое оно будет, меня тоже мало интересовало. Хотелось просто исчезнуть, испариться, и чтобы никто меня не трогал.
— Сколько мы уже едем? — это была моя первая фраза за долгий путь, во время которого я или спала, или смотрела в стену кареты.
— Девять дней, леди, — тихонько ответила Лиссина. Я изумлённо на неё глянула.
— Серьёзно⁈
— Да, леди. Через пару дней будем на месте.
— Хорошо.
«Даже не заметила, как прошло столько времени», — я отодвинула шторку с окошка, глядя на белоснежные просторы до самого горизонта.
— Это… Снег? — Тихо выдохнула, боясь поверить своим глазам. Куда же мы едем⁈ Неужели отец согласился выдать меня замуж за кого-то северного⁈
— Да, леди.
Просто не верится. Как он мог так поступить, зная, как я ненавижу холод⁈ Почему вообще согласился⁈
«Потому что сама так загадала», — тут же поняла я, стоило вспомнить, как именно я сформулировала желание. И что мне мешало нормально его высказать, с нужными именами⁈ Понадеялась на то, что к дочери обнищавшего графа больше никто не посватается? Вот и получила. Дурная была идея с этим желанием.
Я вздохнула, прикрыв режущий глаза пейзаж шторой. Откинулась на мягкую спинку, кутаясь в непонятно когда взявшийся шерстяной платок. И почувствовала, как замёрзла. Как затопило меня отчаяние, бьющееся в голове, будто птица в клетке. Как подступили вновь слёзы к глазам, которые я пыталась сдержать, закинув голову вверх. Нельзя плакать, хватит. Это ничего не изменит. Надо думать, как быть в сложившихся условиях. Учитывая, сколько времени уже потеряно, нужно срочно собраться с мыслями. Да я даже банально не готова по вещам к жизни на севере! А вместо этого сижу и страдаю! Нет уж, что сделано, то сделано. Обратно не повернёшь.
— Лиссина, папенька дал с собой монеты?
— Нет, леди.
Так, здесь уже пролёт. Значит, пока не окажусь у жениха, эту проблему не решить. Что ещё?
— Где все документы?
Горничная вытащила небольшой сундучок. Я приложила к нему руку, послала магический импульс. С тихим щелчком крышка откинулась. Меня интересовал только договор, который я быстро нашла и углубилась в чтение.
Оказалось всё довольно неплохо. Содержание есть, помощь родителям с их долгами тоже, за меня даны хорошие откупные. Даже интересно, зачем вдруг герцогу понадобилась? Без приданого, титул ниже, магия очень слабая. В чём его выгода? Если герцог окажется адекватным мужчиной, обязательно спрошу.
Остаток пути прошёл незаметно. Я строила планы, продумывала своё поведение. И дико мёрзла, несмотря на то, что Лиссина то и дело подкладывала горячие камни под мою скамью и кутала меня уже в несколько одеял. За окном пейзаж практически не менялся. Или занесённые искрящимся белоснежным одеялом поля, сливающиеся с горизонтом. Или зелёные ели, укрытые снегом, будто шапками. Изредка попадались постоялые дома, что располагались на широком тракте, и в которых мы останавливались перекусить или заночевать.
— Подъезжаем, леди, — услышала я крик кучера к завершению одиннадцатого дня пути.