— Именно, — недовольно пыхчу я, продолжая ехать по полу, но уже не сопротивлялась.
— Варвара Дмитриевна, а можно Дарью уркасть? Пусть на игру посмотрит, — Рома чуть ли не прокричал мне это в ухо.
Я моргнула и чуть не завыла, когда увидела перед нами преподавателя физкультуры.
Она смерила нас странным взглядом и хмыкнула.
— Ну укради, Громов. Только чтобы победили мне, — женщина погрозила ему пальцем и скрылась за дверями малого зала.
Рома провел меня на первые ряды. И замер…
— Тут безопасно, Даш, — Громов не двигался, будто что-то ждал.
Я же не двигалась. Замерла, не зная, как себя вести.
Мне не особо хотелось сейчас потеть на паре по физкультуре, так что, Рома даже удружил мне со своим похищением. Но мне все равно хотелось казаться независимой и дерзкой.
А не той… из огромной фанатской базы Громова, которая готова от одной Роминой улыбки перед ним ковриком расстелиться.
— Не делай так больше, — я сложила руки на груди и сделала вид, что я максимально возмущена поведением Громова.
Он в ответ лишь дерзко усмехнулся. От этого его карие глаза хитро блеснули.
— Не буду обещать, Даш.
В другом конце зала прозвучал свисток, который оповещал о начале игры. Громов склонился ко мне.
— На удачу, Даша.
Не успела я отшатнуться, как он коснулся губами моей щеки и убежал. А я так и осталась стоять с горящим лицом и на раздаре.
Боже… за что мне судьба снова послала Громова? И как мне с ним не пересекаться больше?
Глава 6
— Как не сдала? — я смотрела на преподавателя, который листал методичку и даже не поднял на меня глаз.
А у меня в голове никак не укладывалось то, что меня только что снова завалили. Плечи опустились, сама я так и замерла перед преподавателем и никак не могла придумать, что делать дальше и как реагировать на этот несправедливый завал.
— Идите, Ковалева. Готовьтесь ещё, — глухо проговорил преподаватель и продолжил читать, — придете через неделю.
— К-константин Маркович, мне нужно сегодня все сдать, чтобы я не слетела со стипендии, — в голос проникали слезливые нотки.
Мне самой от себя было противно, но я не могла позволить себе снова не получить оценку и допуск к зачету. Мне нужна была стипендия!
— Ну что я могу вам сказать? Надо было готовиться, а не на баскетболе сидеть и радоваться за старшекурсников, — Константин Маркович посмотрел на меня поверх очков, и это был первый его взгляд с того самого момента, как я переступила порог этого кабинета, — а так. Я не вижу, что ты заинтересована в хорошей оценке по моему предмету.
Он взмахом руки показал мне, что пора бы и сваливать с его глаз. Но мои ноги словно вросли в пол, и я не могла даже нормально вдохнуть. Во мне разрасталось возмущение, которое могло в любой момент вылиться в грубость по отношению к преподавателю. И мне было плевать на то, что я даже после своего выпада могла вылететь из универа.
Я была уверена, что он сейчас поступал со мной нечестно. Он будто отыгрывался на мне. Только вот за что?
— Можно мне ещё одно задание? Последнее? — я старалась изо всех сил не цедить слова сквозь стиснутые зубы.
Но тон все равно выдавал мое недовольство.
Преподаватель поморщился и мотнул головой, даже не потрудившись сказать словами свою мысль.
Я сжала кулаки так сильно, что ладони пронзила неприятная боль. Но это слегка отрезвило меня и сбавило градус моего бешенства.