Он сказал это совершенно естественно. И только после этих слов оба одновременно поняли, как прозвучала последняя фраза.
Не про нас.
Словно существовало какое-то «мы». Герман первым отвернулся к плите.
— Вода закипела.
— Уже вижу.
Вика сделала вид, что внимательно изучает упаковку с макаронами, хотя читать там было абсолютно нечего.
Ужин получился неожиданно вкусным.
Они сидели за небольшим деревянным столом у открытого окна. Вечерний воздух приносил запах хвои и далёкого костра. Где-то неподалёку стрекотали сверчки.
— Значит, соль всё-таки после закипания? — спросила Вика.
— Конечно.
Она покачала головой.
— Нет.
— Да.
— Всю жизнь солила раньше.
— Теперь будете правильно.
— Очень самоуверенно.
Герман отложил вилку.
— Хотите поспорить?
— Уже спорю.
— Тогда предлагаю эксперимент.
— Какой?
— В следующий раз приготовите сами.
— Если получится лучше?
— Признаю поражение.
— А если хуже?
— Всё равно признаю.
Она рассмеялась.
— Очень нечестные условия.
— Зато безопасные.
Разговор постепенно перестал быть рабочим. Они вспоминали нелепых клиентов, смешные объявления о продаже квартир и самые странные вопросы, которые слышали на переговорах. Вика рассказывала истории легко, оживлённо, с живой мимикой и постоянными отступлениями. Герман говорил меньше, но всё чаще смеялся.