Трипланетие. Первый Ленсмен: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Предисловие

(М. Нахмансон)

Начиная со второго тома собрания сочинений Э. Э. «Дока» Смита, мы приступаем к публикации его крупнейшего сериала о Ленсманах. Этот цикл включает семь романов — «Трипланетие», «Первый Ленсман», «Галактический патруль», «Серый Ленсман», «Вторая стадия», «Дети Линзы» и «Повелители Вортекса» — которые выйдут четырьмя последовательными томами. В заключительную книгу, возможно, будет включен восьмой роман из Ленсмановского цикла, принадлежащий уже не «Доку» Смиту, а другому писателю, продолжившему этот сериал.

Мы предполагаем сопроводить сагу о Ленсманах рядом статей, посвященных исследованию этого крупнейшего сериала, одного из первых в американской фантастике. Пока же сделаем несколько предварительных замечаний, которые помогут читателям быстрее разобраться в сути происходящего на страницах романов.

«Док» Смит предлагает нашему вниманию вполне четкую концепцию описываемого им мира. Если говорить современным языком, он исходит из предположения об уникальности разумной жизни во Вселенной. В результате редчайшей флуктуации около одной из звезд нашей Галактики появилась планета, и на ней зародилась разумная жизнь. Ее обитатели, аризиане, древняя и мудрая раса, видят свое предназначение в том, чтобы обогатить Галактику планетами, засеять их жизнью и воспитать в гуманистическом духе миллионы новых юных цивилизаций. Аризиане, которые несомненно символизируют добро, обладают необходимой для выполнения этого грандиозного плана мощью; их ментальная (или телепатическая) сила позволяет мгновенно переноситься в любой уголок космоса, создавать и разрушать миры, конструировать сложнейшие механизмы. Это — созидательная мощь высокогуманных существ, наслаждающихся самим актом творения.

В иной реальности, в ином пространстве-времени, подобная же игра случая породила не менее древнюю и могущественную расу — эддориан. Они также владеют ментальными силами и практически ни в чем не уступают обитателям Аризии, но их цели совершенно другие. Эддориане одержимы стремлением властвовать — властвовать над разумными созданиями. И, поскольку в их Галактике таковых нет, они, после долгих истребительных войн, объединяются и принимают собственный Великий План, полностью противоположный аризианскому. Планета Эддор начинает перемещаться из реальности в реальность, из галактики в галактику в поисках такого района Вселенной, где были бы обитаемые миры — или хотя бы планеты, на которых может зародиться жизнь. Эддориане не собираются уничтожать эту жизнь; более того — она им совершенно необходима для создания Империи, в которой каждый из них мог бы упиваться властью над собственным миром — или мирами. Обнаружив обильную планетами Галактику Аризии (в которой со временем возникнет и наша Земля), эддориане решают остаться тут. И когда, спустя миллионолетия, на многочисленных планетах расцветают жизнь и разум, эддориане приступают к созданию своей Империи.

Теперь об Аризии. Ее коллективный разум сознает, что борьба с Эддором, с равным противником, не даст ничего. В плане ментальной мощи обе расы практически равны; аризиане не могут уничтожить эддориан, а те, в свою очередь, не способны одержать верх над Аризией. Но в ходе схватки титанов неизбежно погибнет слабая, едва народившаяся жизнь в Галактике; будут распылены планеты, уничтожены звезды — и все разумные существа, обитающие в их системах. Такая истребительная и долгая война безусловно подстегнула бы и изобретательность эддориан, дав им стимул для развития новых и страшных средств уничтожения.

Аризиане решают затаиться. Их Стражи-Наблюдатели будут долгие тысячелетия тайно противодействовать эддорианам во многих мирах, поддерживая в развивающихся обществах все лучшее, благородное, прогрессивное — пока молодые цивилизации не окрепнут настолько, что станут для Аризии равными союзниками в борьбе с Эддором. Одновременно с этой общей стратегией, Аризия осуществляет и тайную генетическую программу, результатом которой должны стать особо выдающиеся представители ряда перспективных цивилизаций, к числу которых относится и наша Земля. Эти разумные существа, получив от аризиан специальное устройство — Линзу-Концентратор, многократно усиливающую их интеллектуальные возможности — образуют Галактический Патруль и вступят в открытую борьбу с Эддором.

«Трипланетие», заглавный роман сериала, является одновременно и своеобразным введением к нему. В первой главе довольно подробно развивается описанная выше концепция противостояния Аризии и Эддора, Добра и Зла. Безусловно, она аллегорична, что и подтверждается в пяти следующих главах, рисующих фрагменты исторического пути земной цивилизации: гибель Атлантиды, падение Рима и три кровавые войны нашего времени — Первую и Вторую Мировые и будущую атомную. Особо сильное впечатление производят главы о Первой и Второй Мировых войнах; практически в них нет фантастики, и я полагаю, что они отчасти автобиографичны — достаточно вспомнить, что сам Смит, как и его герой Ральф Киннисон, с 1941 года работал на артиллерийском заводе.

Фантастика — настоящая фантастика в жанре «галактических войн» — начинается с седьмой главы. Все, что было раньше — преамбула; теперь же начинается эпоха, когда окрепшие юные цивилизации готовы встать рядом с Аризией на борьбу со Вселенским Злом. Великая битва началась, и Аризия готова раздернуть покров тайны над своим существованием и скрестить оружие с Эдцором.

В заключение этого краткого предисловия мне хотелось бы остановиться на вопросе адекватности настоящего переложения на русский язык исходным текстам «Дока» Смита. Отмечу, что буквальной адекватности не существует, и мы недаром назвали данное произведение пересказом, а не переводом. Во вступительной статье к первому тому («Кровавое око Сарпедиона») уже отмечались недостатки «Дока» Смита как писателя; вряд ли он был бы интересен современным читателям без надлежащей переработки. Эта переработка произведена и, если не вдаваться в тонкости дела, она свелась к сокращению некоторых длиннот, более глубокой психологической и языковой характеристике героев и мотивации их поступков, более Динамичному и современному изложению любовных сцен и описаний многочисленных сражений. Одним словом, мы стремились сохранить тексты «Дока» Смита почти в первозданном виде там, где они хороши, и выправить, сократить или переделать слабые места.

Теперь, закончив работу над первыми двумя романами о Ленсманах, мы выносим ее на суд любителей фантастики.

Трипланетие

(Пересказ М. Нахмансона и О. Трофимовой)

Часть первая

Древние времена

Глава 1

Аризия и Эддор

Три миллиарда лет… Неизмеримая бездна времени, которую не в силах объять ни разум, ни чувства… Она отделяет нашу эпоху от тех событий, которые положили начало звездным цивилизациям, от первотолчка, исходного импульса, разбросавшего в Галактике семена жизни. И от истоков великого сражения, ареной для которого стала гигантская звездная спираль, на периферии которой мерцала золотистая точка — солнце Земли.

Существовали — и существуют — другие огромные звездные острова, во многом подобные первой Галактике. Но лишь еще один из них отмечен особо, ибо на нем также появилась мыслящая жизнь, стремившаяся к определенным целям, которые представлялись носителям разума единственно верными и достойными их усилий. Но если первая Галактика, над которой властвовала планета Аризия, принадлежала нашему миру, нашей Вселенной, то другая, в пылающем чреве которой таился Эддор, перенеслась в нашу реальность из иного пространственно-временного континуума, из неведомых далей, скрытых завесой чудовищного расстояния и времени. Это произошло около трех миллиардов лет назад — плюс-минус пару сотен миллионов в ту или другую сторону, которые не значили ничего по сравнению с таким огромным темпоральным интервалом. Ошибка в десять процентов, сколь большим временем она бы не выражалась, была несущественной для тех бессмертных созданий, что населяли Аризию и Эддор.

Итак, вторая галактика внезапно возникла на пути первой; затем началось их взаимопроникновение — светила одной вторгались в межзвездную пустоту другой, но, по-прежнему разделенные световыми годами, сталкивались редко. Таким образом, Проникновение не послужило причиной вселенской катастрофы, хотя большинство звезд в обеих галактиках имели планеты. Впрочем, тогда эти миры были необитаемыми; их происхождение — вероятно, искусственное — пока остается тайной. Как свидетельствуют аризианские источники, в глубокой древности, задолго до начала Проникновения, в их родной галактике была лишь одна солнечная система — их собственная. Но со временем светило, породившее жизнь на одной из своих планет — редчайшая аномалия во Вселенной! — начало стареть, гаснуть, и молодой цивилизации пришлось решать сложнейшую проблему перемещения своей планеты к другому, юному и жаркому солнцу.

Древнейшие записи Эддора — фолианты, магнитные ленты и диски, уцелевшие в его ядовитой атмосфере, — рисуют сходную ситуацию. За много миллионов лет до Проникновения во второй галактике существовала только одна планета, только один мир, в котором возникли жизнь и разум — Эддор.

Итак, миллионолетия две цивилизации разумных созданий, единственные в своих галактиках — и, возможно, во всех прочих Вселенных, — не ведали друг о друге. В момент Проникновения обе расы уже были стары и могущественны — еще одна черта сходства между ними. Обе использовали телепатические силы и владели неизмеримой ментальной мощью.

Аризия напоминала Землю — и климатом, и составом атмосферы, и своим животным миром, и внешностью населявших ее мыслящих существ. Эддор же был совсем иным. Огромный мир с высокой гравитацией, темный, холодный и мрачный; его океаны состояли ядовитой желеобразной субстанции, атмосфера казалась едким, вонючим и смертельно опасным для гуманоидных созданий туманом. Эддор был — и останется — уникальной планетой, не похожей на остальные миры в обеих галактиках; это обстоятельство долгое время казалось загадочным и непостижимым, пока не стало ясно, что эддорианский планетоид возник в другой Вселенной, в ином пространственно-временном континууме, который принципиально отличается от нашего.

Обитатели Аризии и Эддора различались столь же сильно, сколь непохожими были их планеты. Аризиане прошли обычный путь исторического развития: каменный век, дикий и безжалостный; не менее жестокие и варварские времена бронзы и железа; век пара, столетие электричества, эпоха атомной энергии. Вполне возможно, что все эти ступени, по которым они поднимались к вершинам цивилизации, являют собой типичный путь для всех прочих гуманоидных обществ, ибо никто иной, как обитатели Аризии, засеяли спорами жизни бесчисленное количество миров обеих галактик — в том числе, и Землю.

Несомненно, существовали и зародыши иной жизни — эддорианской. Однако они не могли ни выжить, ни начать развиваться в условиях нашего континуума; они нуждались совсем в иной питательной среде, оставшейся за гранью пространства и времени — того пространства и того времени, откуда вынырнула галактика Эддора.

Овладев силами атомной энергии, разорвав цепи тяготения, которые раньше приковывали их к планете, аризиане занялись изучением Вселенной и самосовершенствованием. Задолго до Проникновения они уже не нуждались ни в космических кораблях, ни в телескопах, ни в счетных машинах, ни в роботах, ни в разрушительном оружии. Их разум — могучий, необъятный и стремительный, успевающий за единый миг обежать мириады звезд и планет, заменял им приборы и ракеты, непрочные и недолговечные изделия из металла и пластмасс. Они с интересом наблюдали взаимопроникновение двух галактик — почти невероятное с точки зрения математики событие; они следили за рождением бесчисленных планет, запечатлевая в своей памяти каждую подробность, каждую деталь их развития; они с надеждой и восторгом видели, как в этих мирах, еще недавно пустых и мертвых, зарождается жизнь. Сильные, свободные, вдумчивые, они путешествовали в космических далях в поисках знаний — пока один из них не наткнулся на Эддор.

Хотя при желании любой из эддориан мог принять человеческий облик, ничего человеческого в них не было. Более всего они походили на амеб; однако, несмотря на простоту внутренней организации и мягкие бескостные тела, определение «амебовидные» далеко не полностью отражало их суть. Они были изменчивы и непостоянны; каждый мог переменить не только свой внешний вид, но и структуру тканей — в соответствии с необходимостью. Для них не составляло труда вырастить любое число конечностей, удобных для выполнения той или иной работы — прочных или хрупких, упругих, эластичных или твердых, как сталь, с суставами или без оных, с пальцами, когтями или щупальцами. Стоило лишь подумать об этом, вообразить — и тело послушно приспосабливалось к задаче, подчиняясь разуму.

Обитатели Эддора были бесполы — столь же бесполы, как дрожжи или вирусы. В этом отношении им не было даже отдаленных аналогов в животном мире Земле; они не являлись ни гермафродитами, ни андрогенами, и не размножались партеногенезом. Они просто не имели пола — и, как следствие, не знали радостей любви. Было ли это платой за бессмертие, за то, что гибель их могла наступить только в случае несчастья или насилия? Возможно… Они жили миллионолетия, и лишь тогда, когда кто-либо из них пресыщался бесчисленной чередой веков, возникали две новые жизни — родительская особь делилась пополам. Потомки могли иметь иные устремления, но каждый из них владел знаниями, памятью и ментальной мощью своего прародителя.

Если физиология эддориан еще поддается описанию и истолкованию в понятиях, которыми пользуются гуманоидные цивилизации, их разум, их психический мир, их побуждения и пристрастия — тайна за семью печатями. Лишь наблюдая внешние проявления их деятельности, можно обозначить привычными терминами их основные черты.

Они являлись существами нетерпимыми, деспотичными, ненасытными и холодными. И они были жестоки — очень жестоки, хотя вряд ли у них имелось такое понятие, как жестокость. Они обладали упорным умом, изощренным и аналитическим, и они умели добиваться своего. Но прочие чувства, столь обычные в любом цивилизованном обществе — гуманность и милосердие, дружба, самопожертвование, любовь, гордость, отвага — были им недоступны. И ни один из них даже отдаленно не мог представить, что такое юмор.

Они не были кровожадными по природе — в том смысле, что не стали бы тешиться напрасно пролитой кровью или муками других существ. Ими правила целесообразность; и если во имя определенной цели требовалось уничтожить миллионы, их уничтожали без колебаний. Бессмысленные убийства не одобрялись — но не потому, что убивать дурно, а лишь из-за отсутствия пользы в совершенном деянии.

И, наконец, вместо великого множества мелких и крупных желаний, надежд и задач, которые ставит перед собой представитель любой гуманоидной цивилизации, у каждого эддорианина была только одна мечта, одна главенствующая цель — власть. Власть!