— Выглядит очень профессионально, — прокомментировала клиентка, осматривая мои инструменты.
— Благодарю, — кивнул я.
Не зря так старался и готовил своё рабочее место, хех.
Я поставил медальон на латунный ложемент, который сам смастерил неделю назад из сломанного подсвечника.
Над ложементом лежала налобная лупа часовщика — на кожаном ремешке, с целым набором откидных линз, которые можно эффектно опускать перед глазом одну за другой.
По обе стороны от ложемента ровными рядами лежали инструменты — и все поблёскивали как новенькие. Пинцеты, надфили, отвёртки и многое другое.
Но больше всего выделялась она — массивная настольная лампа с тяжёлым латунным основанием и со сложенным гармошкой белым абажуром. От основания лампы тянулся провод, уходивший к ящику под столом — там стояла батарея гальванических элементов — тяжёлый короб с несколькими банками.
Я щёлкнул выключателем на основании, и лампа налилась ровным тёплым светом.
— Электрическая лампа? — удивилась клиентка. — И столь необычная… Вы полны сюрпризов, мастер.
— На том и стоим, — довольно ответил я. — Прошу, сядьте на пуфик. Мне нужно немного времени.
За окном громыхнуло.
Клиентка вздрогнула, боязливо взглянула в окно и села на пуфик для гостей.
Я надел налобную лупу часовщика и эпично защёлкал стёклышками — реально обычными стёклышками, ничего они не увеличивали, просто для вида, — после чего наклонился над медальоном. Прищурившись, я внимательно вгляделся в него.
Овальный медальон величиной с крупную монету, тёплого золотого отлива. Крышку покрывала эмаль — цвета бургунди, гладкая, как стекло, а под ней золото было расчерчено тонкими лучами, разбегавшимися из центра.
По краю медальона шёл ободок из восьми мелких тёмно-вишнёвых гранатов, а в самой середине крепился крупный бриллиант.
Я подцепил ногтем крышку. Та поддалась с лёгким усилием, чуть скрипнув. Ось петли явно разболтана.
Внутри, за мутноватым стеклом, обнаружился портрет. Миниатюра, писанная от руки, но до того тонко, что её можно было принять за фотокарточку: молодая женщина с мягкими чертами лица смотрела куда-то мимо меня.
Вдруг перед моими глазами зарябило и появились три строчки надписей:
Объект: Медальон.
Доступна: Диагностика.
Заряд: 92 из 100.
Эх, даже такой сильный удар молнии не помог восполнить заряд до ста единиц. Впрочем, и девяносто двух должно хватить для починки медальона.
— Вот как, хм… Понял, понял, — я выпрямился, снял налобную лупу и отложил её. После чего чуть повернул лампу, а затем начал медленно раскрывать абажур, сложенный гармошкой. Причём необычной — горизонтальной.
Чпок. Чпок. Чпок.
Абажур расширялся к концу и был гораздо длиннее, чем должен быть. Он опустился почти до поверхности стола и практически накрыл собой ложемент с медальоном.
Игнорируя удивлённый взгляд клиентки, я просунул руки под абажур и приподнял медальон, чтобы его совсем не было видно.
Перед моими глазами до сих пор стояли эти три строчки. Я сосредоточился, и слово «Диагностика» слегка мигнуло. По кончикам моих пальцев пробежали электрические искры — но благодаря абажуру и свету лампы девушка их не увидела.
Текст перед глазами слегка расплылся и расширился. Я увидел более развёрнутое описание медальона:
Объект: Медальон-локет с гнездом под миниатюру.
Материал корпуса: золото 56-й пробы, эмаль гильоше, стекло.