Впрочем, вели они себя обычно одинаково в двух вариациях. В первой — сразу ломались и подчинялись, быстро мне наскучивая и приходя в себя где-то на окраине леса черти где. Во второй, наоборот, пытались сопротивляться, бились о стены своей клетки, искали способ сбежать… Эти были лишь немного интереснее, потому что нравилось их ломать, а затем — также выбрасывать, когда они чуяли, что зря сопротивлялись. И ничего другого не было, пока в моей жизни не появилось нечто особенное.
Сидни была самым обычным вариантом. Я прошерстил всю возможную информацию о ней. Сделать это было легче лёгкого — девчонка обожала себя снимать и выкладывать всюду, где только можно. Соцсети полны медиашлюх — выбирай, какую хочешь. Я и выбрал. Вопреки её соцсетям, где она была успешной раскрасавицей, страница на сайте знакомств говорила об отчаянных попытках её хозяйки найти себе хоть кого-то. Лёгкая добыча, как мне тогда показалось.
Собрав досье, я передал его своим верным парням. Они и не такими делами занимались, так что на похищения шли легко и непринуждённо, как будто на выгул. Сидни должна была ожидать автобус с работы, ровно в семь, но отчего-то задерживалась.
Время шло, а моим занятым ребятам оно весьма ценно, и тогда мне прислали фото девушки, пропускающей все возможные автобусы, следовавшие по этому маршруту.
Найти что-то о Нэнси оказалось сложнее, чем обо всех моих мотыльках, вместе взятых. Фото совпадало только с документами, поданными ей в колледж, а они далеко не в общем доступе — пришлось применять подзабытые навыки, которыми я раньше часто пользовался. Никаких соцсетей на имя Нэнси Харнис, никаких фото из лагеря, вечеринок, тусовок у каких-то знакомых. Я хотел было дать парням отмашку уезжать, но в последний момент решил рискнуть.
Кто бы мог подумать, что я настолько не прогадаю. Нэнси стала для меня подарком судьбы, не меньше. С каждым нашим разом я всё больше чувствовал, что ей всё больше нравилось быть со мной. Пусть на животных инстинктах, но — искренне. Она не пыталась меня обмануть, чтобы освободиться, я был уверен в этом. Просто хотела меня. Без лишней шелухи, не зная, кто её трахал, не видя моего обезображенного лица — хотела и тянулась, вызывая во мне такое желание, которое я не испытывал уже очень давно. Да что уж… никогда.
Рука дрогнула, и я потянулся к ноутбуку. Пара кликов, и вот я уже вижу мою девочку. Сидела в душе на полу, обнимала колени… Мне никогда не было дело до того, что чувствовали женщины в эти дни. Как-то без разницы на физиологические особенности, когда внутри яростным огнём пылало желание. Вот только… я всеми силами сдерживался.
Сложно объяснить, почему. Наверное, я просто не хотел, чтобы она стала такой же, как все. Женщины — создания чувствительные и даже дьяволу неизвестно, что жило в их голове. В курчавой и белокурой моего мотылька — тем более. Поранить нежные крылья всегда успею, а мне бы этого не хотелось. Пока.
Глава 12
Стивен
Наблюдать за Нэнси было настоящей пыткой. В брюках стало тесно от накатившего желания, и я прикрыл глаза, стараясь успокоить неугомонное естество. Моя девочка в моей клетке, она никуда оттуда не денется. Моя. И скоро снова будет выгибаться мне навстречу в страстном желании…
Стукнув кулаком по столу, я грязно выругался. Не помогало ни капли. Взгляд упал на дверь, за которой сидела Милли. Может, просто вызвать проститутку? Я поморщился. Точно нет, не хочу. Увы, даже от минутного омерзения напряжение в штанах не пропало. Что ж, Милли, похоже твоё время пришло. Всего на раз, но мне это было нужно.
Бросив последний взгляд на мою Нэнси, я хлопнул крышкой ноутбука, убрал его подальше и вызвал Милли. Миловидная секретарша сразу же нарисовалась в дверях, степенно ожидая моих указаний. Я жестом велел ей закрыть за собой дверь, а когда она подчинилась, холодно добавил:
— На ключ.
Замок щёлкнул, повинуясь движению тонких пальцев. Отлично. Когда она обернулась, вздрогнула — да, я всегда любил подкрадываться к своей жертве, и Милли повезло — сегодня она не станет исключением из моих правил. Если, конечно же, всё сделает правильно.
— В этом месяце тебе заплатят в три раза больше, — склонившись, прогудел над её ухом.
Объёмная грудь в очень низком декольте стала нервно вздыматься от сбившегося дыхания Милли. Она подняла на меня горящие глаза и мелко закивала. Хорошо. Впрочем, кто бы сомневался. Я кивнул ей в сторону стола, и она подошла к нему, опершись о столешницу аппетитной задницей.
Нет, дорогуша, я не хочу, чтобы ты испортила мне мимолётное отвлечение омерзением в своих глазах. Резким движением я развернул её спиной к себе и надавил ладонью меж лопаток, веля лечь на стол. Она тут же подчинилась, слегка задирая задницу вверх, приглашая этим меня.
Я стиснул зубы, понимая, что мне необходимо было удовлетвориться здесь и сейчас. В противном случае, уже выгнал бы её вон, но другие варианты удовлетворения моих низменных потребностей меня устраивали ещё меньше, так что пусть будет Милли.
Расстегнув ремень, стянул с себя всё, что было ниже пояса одним движением. Желание немного отступило — организм не обманешь, моё естество понимало, что передо мной не Нэнси. Я взял член в ладонь и несколько раз провёл по нему, представляя такое желанное тело моего мотылька. Аккуратную упругую грудь, зажимы на ней, мою руку, которая держала цепь, и я натягивал её, чувствуя, как внутри её лона всё сжималось от возбуждения…
Задрав чересчур короткую для дресс-кода юбку, я вошёл в Милли с усилием, и она вскрикнула. Молодец, я люблю настоящее, а не когда томно стонут, изображая желание. Сжал пальцами ягодицы посильнее, и стал вколачиваться в неё в нужном мне темпе. Лишь бы только спустить пар, хотя бы ненадолго.
Закрыл глаза, вновь представляя Нэнси, но Милли какого-то хрена решила застонать, за что получила смачный шлепок по заднице. Нечего сбивать мне настрой.
— Заткнись, — прорычал я, толкнувшись особенно резко, чтобы добавить аргументов своему приказу.
Милли послушалась, вцепившись руками в столешницу и тихо всхлипывая. Ничего, дорогуша, ты любишь деньги, и они покроют любые твои страдания. Надеюсь, в твоей черепушке хватит ума, чтобы после не вешать на меня голословные обвинения. Плохо от этого будет только тебе.
С такими мыслями точно не кончу. Пришлось снова настраиваться. Я сжал ягодицы Милли ещё сильнее, плевать, что у неё наверняка останутся синяки. Она даст мне то, что мне нужно. К чёрту. Я прогнал всё из головы, сосредоточившись только на своих движениях и стуке ножек стола об пол. Внутри неё всё сжалось, а затем накрыло мой член ярким оргазмом. Такой не симулируешь. Хотела меня, сучка?
Толкнувшись последний раз, я вытащил член и излился рядом с ней прямо на столешницу. Всё равно не верил я таким, как ты, Милли. Быстро одевшись, я забрал ноутбук и бросил ей:
— Прибери тут или вызови уборщиц. Разошли всем, что я жду их отчёты в понедельник. Завтра и послезавтра меня не будет. — Я вышел за дверь, чувствуя, что желанного удовлетворения так и не получил, а секретаршу, возможно, придётся менять.
В любом случае, я точно знал, чего хотел. Позвонил своему водителю, которого отпустил на обед, и сообщил, что он может ехать домой. Мне нужна была свобода. И в этот раз, два колеса, а не четыре.
Место на парковке у меня было отдельное, что логично, ведь всё это здание принадлежало мне. Отец бы гордился, как я сумел преумножить все его начинания. Зашёл в свой гараж и принялся натягивать на себя экипировку, раздумывая, на чём конкретно хочу ехать домой. Коллекция была слишком скромной для моего уровня, но это только потому, что с работы я предпочитал уезжать на машине, как и полагалось по статусу, а не мчать на мотоцикле.
Обычно. Но — не в этот раз. Застегнув шлем, я достал ключи от своего спорт-тура. Кое-что побыстрее и помощнее у меня было, но при таком напряжении можно не уследить за скоростью. Разбиваться в мои планы никогда не входило. Разместившись на чёрном кожаном сиденье, я завёл мотор и на минуту прикрыл глаза, слушая его урчание.