— Дитя, я не ошибся в тебе. Твои молитвы достигли нашего бога, и он удовлетворён твоими делами. Думаю, ты и сам это ощутил.
Папа говорил с Лендро по-отечески, и пусть между этими двумя не было родства, но в голосе клирика чувствовалась теплота, словно старик действительно говорит с сыном.
Тейлос склонил голову.
— Я благодарю бога и вас, что открыли мне глаза. Надеюсь, очень скоро все на континенте смогут ощутить то же, что и я. — ответил он.
Аронио, улыбаясь, кивал в ответ.
— Обязательно, сын мой, обязательно. — после этих слов он призвал Лендро подняться и пошёл между ошарашенными аристократами в сторону выхода, продолжая беседу. — Слышал, ваша затея с нападением на Лантарис провалилась?
Император виновато склонил голову, следуя за клириком, и ответил, лишь когда двое оказались на улице, где на площади перед церковью собрались тысячи людей, стоящих на коленях.
— Мы недооценили их. Уверяю вас, мы обязательно повергнем врагов церкви и в первую очередь убьём герцога Леомвиль!
Внезапно Папа остановился и вполоборота посмотрел на Лендро, и теперь в его глазах не было и капли теплоты, лишь холодный взгляд, словно он готов был убивать.
— Никто не посмеет поднять руку на посланника божьего!
— Н-но… — шокированный Тейлос хотел задать вопрос, но его жёстко прервали.
— Я готов пожертвовать всем этим континентом, лишь бы вернуть его превосходительство на путь истинный! В первый раз я совершил ошибку, не осознав, кто он есть на самом деле…
В последних словах клирика слышалась печаль, и император не понимал этого, ведь герцог Леомвиль является по сути врагом.
— На самом деле? — спросил он.
— Первый паладин. Тот, кто стоял над легионом. Тот, кто вёл армию бога, и тот, кто выступил против бога. Мы не можем допустить ту же ошибку в этот раз. Его необходимо вернуть, и никто больше не посмеет его тронуть, даже если всему континенту суждено сгореть!
Тейлос следовал за Папой, который проходил между склонившимися в молитве на площади. Эти люди даже не подозревали, кто эти два человека, но они не смели поднять головы, ведь в империи теперь за любое отклонение могли сжечь на костре, и этот миловидный старик в белой рясе был одним из тех, кто запросто это сделает, лишь заподозрив в том, что вы молитесь не искренне.
Двое прошли через всю площадь и свернули на широкую чистую улицу из белого камня, с красивыми белоснежными трёхэтажными домиками, которые были настолько чистыми, что казалось, в них никто не живёт.
— Святейшество, н-но что, если он будет мешать нашим планам и дальше? — нерешительно спросил император.
Аронио остановился и, заложив руки за спину, задрав голову, посмотрел на возвышающийся впереди дворец, который сверкал золотыми шпилями.
— Что с паладинами, которых вы создали? — сменив тему спросил он.
Лендро мгновенно понял, что не получит ответа на свой вопрос.
— Они показали себя достаточно хорошо в зачистке кентавров, но против рыцарей своего уровня оказались слабыми. — молодой человек говорил с разочарованно, однако тут же попытался утешить Папу. — Вашей святейшество, это не имеет значения. Уже создано пять тысяч паладинов Земного уровня и тридцать тысяч платинового. Через десять лет у нас будет столько рыцарей, что мы сможем легко разгромить войска Империи Лиденгард!
Ароний кивнул и, продолжая смотреть на дворец, пошёл вперёд.
— Эта проекция ещё слишком слаба, и наш осколок мира всё ещё далёк от возвращения. До его прибытия вы должны создать десять миллионов рыцарей Земного уровня! — приказал он.
— Д-десять… — с ужасом повторил император.
Молодой человек знал, что чтобы создать одного паладина, используются примерно двадцать человек. Они принимают эликсир на основе плоти дракона. В лучшем случае выживает один из двадцати. В худшем, один из пятидесяти. Это значит, что ради создания десяти миллионов паладинов погибнет от двухсот до пятисот миллионов человек.
Папа, остановившись, обернулся и посмотрел в глаза Тейлоса, словно пытался увидеть в них нерешительность, однако император быстро взял себя в руки и склонил голову.
— Они будут готовы! — ответил он.
Ароний ещё какое-то время стоял, разглядывая лицо молодого человека, и лишь спустя полминуты по-отечески улыбнулся и отвернувшись пошёл дальше.
Глава 461
Дела семейные