— Не томи! Читай дальше! — приказал он.
— … волю королей подтвердил рыцарь Вечного Сияния… — Вновь прервался рыцарь и непонимающе посмотрел на также ничего не понимающих аристократов, которые услышали что-то странное для себя.
Рыцарь из мифов, легенд и сказок появился на окраине империи и вмешался в войну, которая по меркам империи была крайне незначительна.
Аристократы стали переглядываться между собой и шептаться, а когда началось бурное обсуждение, император косо посмотрел на своего рыцаря, который тут же продолжил читать письмо.
— Рыцарь Вечного Сияния, который не назвал своего имени, объявил, что полностью поддерживает цель его величества Леорика Такрит Справедливого — объединение континента для противостояния вторжению иноземцев, которое должно произойти не позднее чем через десять лет. В течение этого времени Рыцарь объявил, что запрещает все войны внутри империи Лиденгард. Нарушивший этот запрет, вне зависимости от титула, будет казнён вместе со всей семьёй без суда.
Император смотрел на аристократов, многие из которых радовались запрету войнам, ведь прямо сейчас герцогиня Дернс являлась самой сильной фигурой империи, под власть которой перешла половина герцогства Лимария, а вторая половина отошла королю. Её армия была чрезвычайно сильна, а амбиции достигали небес, из-за чего другим аристократам приходилось всегда быть начеку.
Отсрочка в десять лет давала им возможность нарастить военную мощь и заключить союзы для противостояния ей.
Так как не все входили в совет круглого стола, присутствовавшие не могли знать, что ограничивает в действиях герцогиню не этот запрет, а просьба сына, который настаивал на том, чтобы все переоснащали армию и реформировали саму структуру империи.
Таким образом, все войска должны в скором будущем перейти под командование императора, а вместо феодальных рыцарей и войск появится регулярная армия под единым управлением императора, как верховного главнокомандующего.
Леорик, которому эти планы были хорошо известны, тяжело вздохнул, пока аристократы радовались расширению империи и запрету на войны.
«Будь ты проклят, Леомвиль! Я и так не сплю сутками, а теперь мне отдыха и вовсе не видать!» — Ругался в душе монарх, понимая, что из-за всех этих реформ у него не останется ни одной свободной минуты.
К тому же, Виктор спровоцировал Корстад и Приллию, а значит найдёт способ и их лишить статуса королевств, ведь невозможно, чтобы после нападения им позволили остаться безнаказанными.
Такрикт сидел на троне, думая о том, что делать, когда его осенила одна мысль, из-за которой его ненависть к герцогу поднялась ещё выше.
«Так вот почему ты не хотел моего титула! Тебе было просто лень управлять империей, и ты свалил всё на меня!»
Кулаки монарха невольно сжались от осознания того, что Виктор использовал его как крепостного, пока сам будет жить свободной жизнью. Из-за этих мыслей императору хотелось кричать о несправедливости, но, сдержавшись, он вернулся к собранию, где аристократы, судя по настроению, уже готовились пуститься в пляс.
— Я не могу рассказать ничего о рыцаре Вечного Сияния, поэтому эта тема будет закрыта до момента, когда он сам решит заявить о себе. — После этих слов монарх перешёл к рабочей повестке, и аристократы, также решив игнорировать тему рыцаря, начали обсуждать вещи, которые касались империи и прямо сейчас были гораздо важнее.
Виктор лежал на стоге сена в телеге, глядя в небо и жуя соломинку.
Одетый в простенькую одежду, которую носили простолюдины, он, подложив руки под голову, смотрел, как по голубому небу проплывают облака, наслаждаясь этим видом.
Рядом с ним сидела какая-то маленькая голубоглазая девочка и, разглядывая его лицо, всё время улыбалась.
— Дядя, ты такой красивый… А ты дворянин? — спросила она.
Управлявший телегой старичок, сидевший впереди, услышав этот вопрос, усмехнулся.
— Внучка, откуда ж взяться-то дворянину тут? Да и не такой он и красивый… Глянь, шрам какой по всему лицу-то, хех. — Старик пытался угомонить девочку, но та не отлипала от мужчины, которого её дедушка согласился подвезти.
— Ну и что, что шрам! — Возразил ребёнок, улыбаясь веснушчатым личиком. — Зато всё остальное красивое!
Виктор усмехнулся и, потянувшись одной рукой, погладил её по голове.
— Слушайся деда. Не дворянин я. Просто попутчик. И почему ты не боишься, что я тебя обижу? Нельзя разговаривать с чужими. — Герцог хоть так и говорил, но ему нравилось её поведение. Это смягчало его сердце, и он вновь начинал верить в этот мир, в котором есть люди помимо аристократов, и им не чужды простые отношения и простые надежды.
Девочка, нахмурившись, села, скрестив руки на груди.
— В школе сказали, что никто не посмеет обижать детей в нашем герцогстве! Если ты будешь обижать детей, то тебя накажут! — Она говорила решительно и уверенно, но её милое личико заставляло лорда улыбаться.
— И кто же меня накажет? — Почти смеясь спросил Виктор.
— Дядя герцог придёт и побьёт тебя! — Ни капли не сомневаясь ответил ребёнок.
«Да, я обязательно приду и накажу любого, кто будет обижать детей». — Подумал герцог.