— Не знаю. Вроде нам всем это выгодно. — пробормотал герцог.
— Их бог хочет проникнуть на Землю, чтобы стать там единственным… — спокойно произнесла женщина, поглаживая рыбку.
Лорд тяжело вздохнул оттого, что ему не дают даже минуты отдыха.
— Какое нам с тобой до этого дело? Земля не наша забота. Бог смерти только звучит ужасно, но, насколько я смог понять, его волнуют только души тех придурков, которые в него поверят. Я забочусь о нашей семье. Остальное меня не волнует. — ответил он.
Луна села, обняв колени, и посмотрела на супруга. Она долго о чём-то размышляла, но в конце концов должна была задать этот вопрос.
— Если я захочу вернуться на Землю, ты меня отпустишь? — едва слышно произнесла женщина.
Только теперь Виктор посмотрел на неё и, нахмурившись, словно не понял сути вопроса, ответил:
— Я что, твой тюремщик? Ты когда-то была не свободна в том, что тебе делать? Если твоё желание вернуться на Землю, я всё устрою. — он замолчал на какое-то время, видя встревоженное лицо женщины, а затем добавил: — То, что я не хочу никого от себя отпускать, не значит, что я привяжу вас к себе. Ты моя жена и дорога мне, но только тебе решать, останешься ты со мной или нет.
Услышав последние слова, Луна явно расслабилась. В её сердце развязался давний узел, который возник с первого дня замужества. Она не была уверена, почему вышла за этого мужчину: потому что хотела сама или не было другого выхода?
Теперь, когда выбор появился, она ощущала, что вовсе не хочет никуда уходить. Ей нравилась её нынешняя жизнь, которая с каждым днём становилась всё лучше.
Глядя на сосредоточенное лицо Виктора, который вернулся к рыбалке, Луна хотела что-то спросить, но он опередил её.
— Как Лила?
Взгляд дриады потускнел. Её нерождённая дочь до сих пор находилась в своеобразном инкубаторе в Древе жизни, и до сих было неясно, удастся ли Иггдрасилю завершить её созревание.
— Ты хочешь использовать нашу дочь, чтобы возродить ману на Земле? — спросила она.
Лорд приподнял поля шляпы и взглянул на чистое голубое небо.
— С каких пор мои дети стали вещами, чтобы ими можно было распоряжаться? — с этими словами он взглянул на супругу. — Если она захочет, сможет взять семя древа и отправиться на Землю, чтобы взрастить его, а если нет, останется здесь. Каждый волен делать то, что хочет. Я не верю ни в какое благо ради других. У каждого человека одна жизнь, и только ему решать, как с ней поступать. Если я решу за нашу дочь, значит, отберу её жизнь. Ты считаешь меня настолько бессердечным?
Луна улыбнулась и ехидно посмотрела на него, на что Виктор виновато улыбнулся и с усмешкой произнёс:
— Ну ладно… Местами я бываю жестоким, но не в отношении нашей семьи, верно?
Луна поднялась с земли и, подойдя ближе, нежно поцеловала его в губы, после чего пошла к реке, перешла через импровизированный мост, который вновь ушёл под воду, и, дойдя до леса, скрылась за деревьями.
Виктор, до последнего наблюдавший за этой «феей», тяжело вздохнул и вернулся к рыбалке. Сегодня он не хотел ни о чем думать и ни чем заниматься, кроме рыбалки. Сегодня у него выходной.
Глава 479
Камни
Континент Данкалеон. Столица империи драконидов Тималия.
По залитой солнечными лучами просторной улице, между торговых рядов прогуливались местные жители. В шумной обстановке слышались крики торговцев, зазывавших прохожих, смех детишек, бегавших у ног своих родителей, и ворчание матерей, пытавшихся их угомонить.
Дети игнорировали их, ведь сегодня им посчастливилось попасть сюда и получить стакан напитка, созданного богиней Линеей — газировку.
Держа в руках деревянные упаковки, напоминавшие маленькие баночки, они носились как заведённые, смеясь и передразнивая родителей.
Они уже забыли о своей жизни до прихода богини на их континент. Раньше среди величественных дворцов, напоминавших гигантские башни, устремлявшиеся в небо до самых облаков, жители чувствовали себя ничтожными.
Повсюду можно было встретить драконидов с усохшими крыльями за спиной, с пустым взглядом, которым они смотрели на своё безнадёжное будущее.
Раса приходила в упадок, так как для продолжения рода драконидам необходимо принять свой истинный облик для зачатия, а также для откладывания яиц.
Но даже если получалось отложить одно или несколько яиц, их не оставляли родителям, а передавали в инкубаторий, где на них накладывали родовые печати, блокирующие доступ к воспоминаниям о том, что они не являются драконами.
После того как детёныш вылуплялся, его оценивали, и если печать не затронула родословную, передавали в благородные семьи, а если родословная оказывалась повреждённой, позволяли забрать обычным драконидам.