Чёрный ратник 4: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Должен, — совершенно серьёзно поправил её я. — Просто мои долги выглядят иначе.

Ближе к полудню мы добрались до первого постоялого двора. Небольшое бревенчатое здание встретило нас покосившейся вывеской, несколькими лошадьми у коновязи, запахом щей и кислого кваса. Мы не собирались останавливаться, но лошади устали, да и самим нам можно было передохнуть.

Внутри оказалось немноголюдно: торговец с возницей, пара проезжих мещан и хмурый седой мужик в потрёпанной имперской форме. Когда мы вошли, на нас с интересом покосились, но быстро отвели взгляды, орденский знак Волка работал безотказно.

Я попросил у трактирщика квасу и щей. Ярослава взяла то же самое, а затем мы сели в углу у закопчённого окна.

— Здесь теперь такие истории рассказывают, — раздался голос торговца. — Будто бы сам цесаревич под стенами Ярмута с князем Стрешневым в поединке сошёлся.

— Врёшь, — бросил мужик в имперской форме.

— А ты-то откуда знаешь? — возразил торговец. — Сам небось там и не бывал.

— Бывал, — пробурчал седой имперец. — Не было никакого поединка. Там наших ратников не меньше тысячи положили, а то и поболе.

— Брехня, — усмехнулся торговец.

— У меня брат в гарнизоне служит, письмо прислал. Там такие бои были, что кровь как из ведра лилась. Маги ковенские на стены лезли, ратники аурой всё жгли, а цесаревич… — имперец немного помолчал, придавая следующим словам особый вес, — цесаревич, пусть здрав будет долгие года, командира вольных ратников одним ударом убил. Прямо разрубил напополам.

— Так это ж поединок и есть, — подытожил торговец, хитро прищурившись, его губы растянулись в улыбке.

Мы с Ярославой переглянулись. В каждой такой истории была доля правды и три доли вымысла. Но то, как события обрастали слухами, было показательным. Война на востоке стала главной темой для всей Империи, и реакция столицы будет зависеть от того, как эти слухи преподнесут.

— Как думаешь, — произнёс возница, сидевший рядом с торговцем, — быстро с князьями-то управятся? А то как бы цены ещё выше не взлетели.

— А нам что, — хмыкнул торговец, — война или мир, всегда торговать можно.

— Мира не будет, — мрачно произнёс седой имперец. — Мятежники через горы ни за что не уйдут. Они там на зиму укрепятся, а весной снова полезут.

— Откуда знаешь? — спросил торговец, явно сомневаясь.

— Брат письмо прислал.

— Ой, да брось ты, — отмахнулся торговец, снова услышав старую сказку. — Ты ещё чего интересного расскажи.

Ярослава только спрятала улыбку за ладонью. Я молчал. Верить слухам, когда сам был участником событий, та ещё глупость. Мало ли о чём болтают по таким постоялым дворам на протяжении всего тракта.

Я же всё это время с удовольствием уплетал кислые щи. Затем выпил ледяной квас залпом, так что аж горло заледенело, затем дождался Ярославу, расплатился, и мы вышли.

На второй день мы нагнали колонну беженцев. Она двигалась по тому же тракту на восток. Семьи, гружёные телеги, все вещи, упакованные в спешке. Женщина с тремя детьми и одним узлом, старик, ведущий корову с коробкой под рукой, двое ещё совсем молодых пацанов, удаляющихся от войны так быстро, как могли.

Я безразлично подсчитывал беженцев, скорее по привычке. Ярослава ехала слева и наблюдала за колонной с тех пор, как мы её нагнали.

— Как думаешь, они из Ярмута? — спросила она меня.

— Хочешь спросить? — коротко ответил я.

Ярослава посмотрела на девочку лет семи, которая шла рядом с телегой, положив руку на её бок, она скорее слегка касалась, чем держалась. Ярослава не сказала больше ничего.

Мы миновали беженцев, и дальше путь прошёл без проблем. Дорога стала достаточно широкой для двух тяжёлых телег в разъезде. И почти не было вокруг повреждённых деревенек, колонн беженцев или желающих сбежать от войны.

— Здесь всё уже кончилось, — сказала Ярослава на четвёртый день, когда мы проезжали небольшой рыночный городок, не проявлявший никаких признаков того, что его коснулась война.

Прилавки были открыты прямо на дороге, уже даже на подъезде в город, а из самого города нёсся торговый шум обычного дня. По пути сборщик подати спорил о чём-то с купцом. Война всегда была пограничным вопросом, большая часть Империи жила в уюте.

Мы проехали несколько застав по пути, успели сменить лошадей. Чаще всего нас встречали чиновники, которые пытались отловить незарегистрированные товары, движущиеся к столичному рынку. Документы у нас были в порядке, а груза не было вовсе. Только то, что везли в седельных сумках и на себе, так что ничего из этого пошлиной не облагалось.

Вот только ближе к Москве я отметил, что что-то было иначе. На заставах, которые мы проезжали, работали местные стражники, и они вели обычное дело. Заставы проверяли накладные, собирали пошлины, задавали вопросы.