И постепенно, медленно, на пределе, выгонял субстанцию наружу.
К концу той вечности, в которую он вкладывал каждое своё усилие, последняя капля Камня Реальности вышла наружу из его руки и зависла перед ним в воздухе мутным красным сгустком. Рука Тора, страшно изменённая, медленно возвращалась к прежнему виду.
Когда рука снова стала рукой, Тор посмотрел на болтающийся перед ним Камень Реальности.
И сжал его Камнем Силы. Направленным силовым полем. Жидкость под этим давлением начала уплотняться. Сначала медленно, потом быстрее и быстрее. Пока не превратилась в твёрдый тёмно-красный кристалл.
Камень Реальности, перейдя в кристаллическую форму, перестал рваться к телу Тора.
Тор открыл изолирующий контейнер и положил камень внутрь.
В Нидавеллире ничего не поменялось, Эйтри встретил его возле мастерской.
— Последний?
— Да.
— Хорошо.
Работа на этот раз шла дольше всех предыдущих. Эйтри, когда увидел кристалл, постоял, прислушался к нему всеми своими чувствами, потом отошёл, взял с дальней полки два дополнительных инструмента, которых раньше не показывал, вернулся, снова прислушался.
— Регент.
— Что.
— Этот камень мне нравится меньше других. Он не хочет, чтобы его куда-то помещали. Я с ним справлюсь, но мне нужна неделя.
— Значит неделя.
— И ты эту неделю должен быть рядом. Не отходи. Я буду регулярно перепроверять твою искру и магию, и сверять их с артефактом. Баланс должен быть идеальный.
— Хорошо, Эйтри.
Эйтри приступил к работе над по сути великим артефактов, если считать комплект как единое целое. На этом наруче он сделал гнездо особой конструкции, окружённое двумя сотнями рун, образующих круги со своим назначением: один гасил собственную волю камня, второй удерживал кристаллическую форму, третий синхронизировал его с тремя другими.
К концу недели Тор надел наруч на левое предплечье.
И в ту же секунду ощутил себя всемогущим.
Это было не так, как он ощущал себя с предыдущими камнями. Камень Пространства, Камень Силы и Камень Разума давали каждый свою отдельную силу; четыре камня у одного владельца, с верными артефактами, давали — совокупность. Совокупность была качественно иной величиной. Тор в эту секунду как будто держал в руках всю Вселенную; он вдруг понял, что мог бы сейчас, не сходя с места, переписать почти любой её закон. Сделать с любой звездой или с любым народом что угодно. Перекроить судьбу. Стать тем, кто стоит во Вселенной выше всех остальных.
И в этот же миг, почти не отделимо от ощущения силы, в голове появилась крамольная мысль, которой никогда там не было.
«А может, собрать все шесть камней? Может, и в самом деле — править Вселенной? Я смогу.»
Но мысль была не его.
Тор это понял, хоть и не сразу. Это говорил Камень Реальности через Камень Разума. Их симбиоз плёл тонкую невесомую вязь обмана. Камень Реальности в кристаллическом теле всё-таки нашёл лазейку через мысленное измерение; тонким шёпотом, который имитировал собственные мысли носителя.
Тор поставил ментальный блок.
Камень Силы по его команде придавил волю камней и показал своё главенство, без возможности спорить; шёпот в голове Тора стих.
Но он на этом не успокоился. За прошедшие месяцы он успел понять про камни одну простую вещь: они не сдаются. Они временно отступают.
Поэтому Тор тут же поставил у себя в голове дополнительные жёсткие блоки.
Камень Разума давал ему возможность держать одновременно несколько потоков сознания. Обычно Тору хватало одновременно трёх: один для текущих дел, второй для отслеживания общей картины мира, третий для контроля ближайшего пространства. Сейчас он выделил ещё один отдельный четвёртый поток только для одной задачи: следить за состоянием собственного разума. Каждое движение, каждая мысль, каждый импульс желания, идущие вразрез с его эталонным образцом, должны были проходить через этот поток. Если покажется что-то подозрительное, то Камень Силы должен омыть его сознание своей энергией.