Она помолчала. На лице Клио проступило удивление. Она знала о Галактусе и о том, что это существо за пределом обычной классификации сил Вселенной.
— Тор. Этот материал…
— Да, невидим для Камней Бесконечности.
Клио посмотрела на него прямо.
— Это значит, — сказала она медленно, — что камни не смогут влиять на меня напрямую.
— Верно.
— И ты не сможешь…
— Не смогу.
Тор посмотрел ей в глаза, в которых он видел признательность, и продолжил:
— Клио. Я создал для тебя этот браслет не только потому, что хотел повысить твою мощь. Я хотел дать тебе свободу. Свободу от всех в этой Вселенной. В том числе и от меня. Теперь ты не просто страж Мидгарда. Ты — Константа, которую эта Вселенная не сможет стереть. А ещё моя Жена.
Клио смотрела на него долго. Потом тихо сказала:
— Тор.
— Да.
— Я не уйду никуда.
— Я знаю.
— Я говорю не об этом. Я говорю о том, что именно поэтому — не уйду.
Тор кивнул.
Затем взял её руку с браслетом, и поднёс ко лбу, как асы делают перед самыми дорогими и близкими.
Теперь Клио по-настоящему поняла, что они стали Мужем и Женой.
Глава 34. Свадьба
Когда мать узнала, что Тор и Клио поженились тайно, без свидетелей, без объявления, в одном лишь Камар-Тадже, она устроила Тору разнос.
Это случилось на семейном ужине. Тор пришёл с Локи; Один и Фригга уже сидели за столом. Тор рассказал о женитьбе спокойно, как сообщил бы о любом другом важном деле — по факту, без украшений. И получил.
— Тор. — Фригга отложила приборы. — Принц Асгарда не женится тайно. Это не рядовая мелочь. Это событие на все Девять миров. Может быть, главное событие за прошедшую тысячу лет. И ты нам сообщаешь об этом как о вечерней прогулке?
— Мама. Нам с Клио шумиха не нужна.
— Так это не для вас, — отрезала Фригга тем своим тоном, в котором мать отчитывала своих сыновей, будь им хоть десять лет, хоть тысяча. — Это для нас. Не для того мы с отцом растили тебя тысячу лет, чтобы не погулять на твоей свадьбе. Не для того у Девяти миров есть принц. У тебя будет настоящая свадьба, Тор. И не пытайся со мной торговаться, я тысячу лет ждала этого дня, и проведу его, как полагается.
Локи коротко хохотнул ироничным родственным смехом, в котором одновременно была и поддержка матери, и тихое удовольствие от того, что разнос идёт не в его сторону.
Фригга, не поворачивая головы, бросила:
— Локи. Не смейся. Ты следующий.
Локи моментально перестал смеяться, опустил взгляд в собственную тарелку и продолжил есть молча.
Один, сидевший напротив, прищурил глаз и чуть приподнял уголки губ. Жена раздавала, дети получали; в этот вечер у семьи всё было правильно.